и по телу прошла мощная, сладкая, почти электрическая волна удовольствия.
— Ох... боже... — выдохнула она, закрыв глаза на секунду. — Он такой большой... полностью заполнил меня... так глубоко...
Она начала медленно двигаться вверх-вниз. Каждый толчок был очень ощутимым: член выходил почти полностью, оставляя внутри пустоту, а потом снова входил до самого конца, сильно ударяя в матку. Её тяжёлая грудь качалась в такт и громко шлепала по телу, соски были твёрдыми и болезненно чувствительными. Ольга обхватила свою грудь руками и сильно сжала, пальцами щипая и крутя крупные соски. Она тянула их вверх, слегка покручивала, сжимала между пальцами, иногда даже слегка шлёпала по груди ладонями. По ее телу пробегали острые, почти болезненные вспышки удовольствия, которые усиливали всё, что происходило внизу.
Соски горели, каждый рывок и щипок отдавался прямым импульсом в клитор.
— Да... вот так... — стонала она. —... еби меня сынок...
Максим положил руки ей на бёдра и начал помогать, толкая её вниз. Каждый раз, когда она опускалась, головка сильно ударяла в чувствительную точку внутри. Ощущения были яркими и глубокими: растяжение, давление, трение, тепло его члена, лёгкая боль от того, насколько глубоко он входил. Киска была очень мокрой, каждый толчок сопровождался влажным, чавкающим звуком.
Ольга не сдерживала стоны — она кричала, выгибаясь, полностью отдаваясь процессу.
— Ох... сынок... ты так глубоко... — стонала она, ускоряясь. —... еби меня сильнее...
Чат летел с бешеной скоростью:
«Бля, как он ее ебёт!»
«Вы сумасшедшие!»
«Лучшая шлюха!»
«Пусть он в рот тебе кончит!»
Ольга читала и стонала ещё громче. Каждое грубое слово только подливало масла в огонь. Она чувствовала себя полностью отданной, желанной, порочной.
Запретность ситуации — то, что она сидит верхом на своём племяннике и громко стонет от его члена — возбуждала её до безумия.
Оргазм приближался очень быстро. Тело начало дрожать, стенки влагалища сильно сжимались вокруг члена. Ольга резко ускорилась, сильно сжимая и щипая свои соски.
— Я... я сейчас кончу... — выкрикнула она, глядя в камеру.
Оргазм накрыл её мощной волной. Тело выгнулось, киска сильно сжалась, и она громко закричала. Волны удовольствия расходились по всему телу, ноги дрожали, дыхание сбивалось. Она кончила долго и ярко, продолжая двигаться на нём, сильно сжимая соски пальцами.
Когда волна немного отступила, Ольга, всё ещё тяжело дыша, слезла с Максима. Его член стоял твёрдый, мокрый от её соков, пульсировал. Она взяла его в руку и начала быстро дрочить, глядя прямо в камеру.
— Мальчики... смотрите... — прохнипела Ольга. — Сейчас мой сын кончит на меня...
Она дрочила быстро и уверенно, другой рукой слегка сжимая его яйца. Максим застонал, тело напряглось.
— Мам... я сейчас... — хрипло выдавил он.
Ольга наклонилась и обхватила головку губами, продолжая быстро дрочить рукой. Максим громко застонал и начал кончать.Прежде чем он начал кончать Ольга выпустила член изо рта, широко открыла рот.
Первая мощная, густая струя ударила Ольга, прямо в рот. Она почувствовала, как горячая, густая, чуть солоноватая сперма заполняет рот, обволакивает язык, стекает по горлу. Вкус был насыщенным, немного сладковатым, с лёгкой горечью. Она не отстранилась — продолжала дрочить Максиму, глотая часть спермы, а остальное позволяя вытекать изо рта по подбородку.
Максим продолжал кончать. Ольга вынула член изо рта и направила его на грудь. Горячие, густые струи били в нее. Она чувствовала, как сперма стекает по коже — тёплая, липкая, густая, тяжёлая. Каждая новая струя оставляла вязкие длинные дорожки на её тяжёлой груди, на сосках, и тяжелыми каплями падали на мятую простынь.
Она буквально чувствовала, как тело покрывается спермой собственного племянника на глазах у сотен людей.
Послушная жена.