но не отстранилась — глотала всё, что он в неё изливал, жадно, с каким-то торжествующим блеском в глазах.
Когда он наконец отпустил её волосы и откинулся на подушку, тяжело дыша, Юля подняла голову. Губы её были красными и опухшими, на подбородке осталась то ли слюна, то ли сперма... Она посмотрела на него и вдруг звонко расхохоталась.
— Вот… вот так… — выдохнула она, вытирая рот тыльной стороной ладони. — Именно этого я и хотела.
Леонид лежал, глядя на неё, и не знал — то ли ему всё ещё стыдно, то ли он впервые за долгое время ощущает себя полностью принятым и понятым.
— ### —
С тех выходных они стали встречаться, а уже через месяц Юля поставила жёсткое условие: они должны спать вместе. Она хотела именно того Лёню, который приходил к ней во сне и делал её по-настоящему счастливой. А получить она его могла только, когда основной её ухажёр спал.
Поначалу Леонид согласился почти без раздумий, но очень скоро начал чувствовать странную, щемящую ревность. Получалось, что весь настоящий, яркий, животный секс происходил без него. Он засыпал обычным, нежным, немного неуверенным парнем, а просыпался утром рядом с довольной, разомлевшей Юлей, которая с блеском в глазах рассказывала, как «он» снова жестко имел её ночью, сильно и без всяких «слюней». Сам же Леонид ничего не помнил. Ни единого ощущения. Ни единого стона. Только пустоту и ощущение, что он — всего лишь лайтовая версия, а настоящий любовник приходит к ней ночью, в его отсутствие. Дикость - ревновать к самому себе!
Юля даже стала отказываться спать с ним «вживую». Каждый раз, когда он пытался начать что-то вечером, она мягко, но твёрдо отстранялась, целовала его в щёку и шептала:
— Не надо… Я хочу дождаться тебя другого. Ты когда "голодный" можешь долго, так что я с тобой несколько раз успеваю! - интимно делилась она своими расчетами.
Это делало Леонида странным, почти призрачным персонажем в собственных отношениях. Днём они были милой парой: гуляли, смеялись, дурачились, он был нежен и предупредителен, обнимая её податливое пышное тело. А ночью он просто выключался, и на его место приходил другой — тот, кого Юля действительно ждала и любила. Получалось, что он вроде как и в отношениях, и в то же время — нет. Будто он был всего лишь «дневным бойфрендом», а настоящий секс и настоящая страсть принадлежали кому-то другому.
Поначалу он пытался бороться с этим чувством, но Юля была непреклонна. Она смотрела на него своими тёплыми, чуть лукавыми глазами и говорила:
— Ты слишком хорош, чтобы я могла от тебя отказаться. Поверь мне! Такого как ты я не встречала! Остальные или слишком с плюсом или сильно в минусе, ты уж прости что такое тебе рассказываю! Хочу, чтобы ты понял! Я даже не знала до тебя, как сильно мне такое нравится и что я всегда ждала именно такого! Не могу это объяснить, но кажется будто ты отдаешься Кинг-Конгу, только не большому, а нормального размера, он и пытается быть нежным, но он зверь и не умеет... и поэтому эта железная хватка, напор... он не делает больно, она заставляет подчиниться, стать игрушкой.. это так.. так упоительно... Не знаю как еще сказать. - Сияла взоров Юлия рассказывая ему о нём.
Леонид лежал рядом с ней, всё ещё тяжело дыша после только что пережитого, и верил каждому слову - с такими глазами не будешь врать, да и смысл.
— Юля, сладкая, - он собрался с мыслями, - я хочу понять, или посмотреть, что там происходит... Давай поставим камеру.
Реальные истории. Майская гроза