малость на простынку, забыли что-нибудь подложить тебе под попку. Мамка точно мне морду набьёт, – растроенно заключил Сёмка.
– Тбе-то за что? Это я лажанулась. Самой бы догадаться. Сейчас кровь застирну с мыльцем, пятно маленькое, а ты ставь утюг.
– Не переживай, Тань, мамка тактично «не заметит» или нравоучениями замучит на будущее.
– Так кровить больше не должно, целка по второму разу не зарастёт, – заверила Таня.
– Там другие пятна могут быть. Я как-то в корзине для грязного белья видел на простыне такие пятна, когда отец приезжал из командировки. Веруша мне подзатыльник отвесила, хотел тогда член вытереть после дрочки на неё. Там были выделения после месячных, только отцу этого не объяснишь. Коли приехал сраный командир, на раз лежать, на два молчать. Мамка после этого кретина всегда мучается болями, потому не сильно его ждёт из отлучек. Собирай простынь и неси в ванную, но сначала подмойся.
– Без тебя знаю, а презерватив куда? – брезгливо рассматривая его, поинтересовалась Татьянка. Всегда буду мыться, когда туда с языком полезешь.
– В унитаз, конечно, и смой обязательно. Мамка его с черкашом не спутает. Я пока организую перекусить.
* * *
Ближе к вечеру, в квартире Надежды Сергеевны зазвонил телефон. Звонок был от генерала Козырева из Москвы.
– Надюша, я тут навёл справки по поводу нашего утреннего разговора.
– Да, Дима, слушаю тебя, говори, – поспешила супруга услышать новость от мужа.
– Мы с тобой оказались в чём-то близки к истине. Действительно его приезд к Верочке был заранее продуман им. Живёт этот хлюст на правах мужа у своей напарницы, согласно легенде, разработанной Центром. Выезд по месту назначения определён им на конец осени. Руководство с затеей официального развода не в курсе. Его отпустили повидаться с семьёй перед длительной командировкой. Всего-то они мне не сказали, конечно, но мой вопрос о необходимости развода с законной женой, поставил их в тупик. Такая предприимчивость подчинённых у них не приветствуется. Повидимому, я явно нарушил их планы этим звонком. Но обратного хода этому мерзавцу в семью, Веруша не допустит. Пусть он выбирается из этого говна, как может. Об одном жалею, что сам того не ведая, помог ему с продвижением в карьере, представив на него лестную характеристику. Мол воевал, исполнительный сотрудник, отличный семьянин, двое детей старшеклассников, супруга кадровый офицер в звании подполковника, принимала участие в чеченской войне. Там, полагаю, кому надо разберутся. На то они и органы следить за своими кадрами. Передай Верочке, чо она правильно поступила. Не может там работать офицер, способный предать свою семью. Пусть дочка живёт без чувства вины перед этим негодяем. К четвергу, полагаю, буду дома. Не расстраивай себя, Наденька, целуй наших девочек и внуков. Загодя о разводе в Управление не сообщайте, пусть сначала разведётся. Об этом я просил их руководство, чтобы его не отзывали по месту службы и чтобы не дал заднюю с разводом.
Вскоре к Надежде Сергеевне со службы пришла Веруша. Устало прошла на кухню и села на стул, подперев голову кулачком.
– Надя, когда Дмитрий Михайлович приедет из Москвы?
– В четверг обещал. Садись, Верунь, покормлю и с собой что-нибудь соберу. Ребятки, поди голодные сидят.
– Татьянка додумается сообразить что-нибудь...
– Если уже не сообразила, ты только не ругай её сильно. Теперь, похоже, у вас один мужик на двоих, – вздохнула Надежда Сергеевна, наливая тарелку супа.
– Откуда информация, Надюш? – испугано произнесла Вера.
– Танюшка звонила, просила супчику с тобой прислать. Дам ещё котлеты, гарнир она уже сделала. Вашему мужику теперь надо есть за двоих. И за наличием контрацептивов не забывай присматривать. Собственно,
В больнице