Требования: Полный комплекс услуг, владелец будет наблюдать, за спариванием с собакой. Собака здорова и полна энтузиазма.
У Светланы затрепетало сердце, когда она увидела адрес. Это был зеленый район Санкт-Петербурга. В тот момент она не придала этому особого значения, — просто еще одна тихая, фешенебельная улица c дорогими домами недалеко от Санкт-Петербурга. Глубоко вздохнув, она напечатала в ответ: «Принято. Я приеду».
В тот вечер Светлана подготовилась с особой тщательностью, ее руки все еще слегка дрожали, от волнения и предвкушения. Она приняла долгий, горячий душ, тщательно выбрила каждый сантиметр своего тела, пока кожа не стала идеально гладкой, а затем несколько минут массировала тело маслом сладкого миндаля, пока оно не засияло мягким, манящим блеском.
Путешествие казалось рискованнее всех предыдущих. Она доехала на автобусе до места назначения, а затем прошла остаток пути пешком, застегнув толстовку на все пуговицы. Она свернула на тихую боковую улочку, чтобы надеть маску и парик, прежде чем подойти к дому. Если кто-нибудь меня сейчас узнает...
Она позвонила в дверной звонок, пытаясь прийти в себя.
Дверь открылась.
Профессор Харламов Олег Сергеевич стоял перед ней, одетый в повседневную одежду, — рубашку на пуговицах и брюки, и выглядел, как настоящий уважаемый учёный.
Сердце Светланы замерло. Ее охватил шок. «Профессор Харламов». Ее профессор — тот самый строгий, но справедливый человек, который преподавал ей курс «Продвинутая репродукция собак», и который теперь будет оценивать именно, то задание, которое теперь находится, под угрозой срыва. На одну ужасающую секунду Светлана чуть не повернулась и не убежала.
Вместо этого она заставила себя сохранять спокойствие. Она быстро слегка опустила голову, понизила голос, до более низкого, хриплого тембра, — совсем не похожего на ее обычный мягкий, застенчивый тон и с привычной уверенностью вошла внутрь, прежде чем он успел что-либо сказать.
— Я приехала к вам по вашему заказу, — произнесла она спокойно, ровным и профессиональным голосом. «Я здесь, из-за Шарика. Не будем терять время».
Она сохраняла спокойствие и самообладание, расправив плечи и уверенно покачивая бедрами, следуя за Олегом Сергеевичем в уютно освещенную гостиную. Внутри она паниковала, но внешне вела себя как опытная, слегка властная собачья проститутка, которая делала это десятки раз. Никакой дрожащей ученицы. Никаких колебаний. Просто дело.
Шарик, изящный черно-белый Бордер-колли, уже ждал. Он был худым, внимательным и явно возбужденным, — хвост быстро вилял, когда он расхаживал взад-вперед. Его половой орган, уже набух, блестящий красный кончик начал проступать.
Светлана не стала ждать разрешения. Она повернулась к профессору Харламову с медленной, дразнящей улыбкой, за маской.
— Раздевайтесь, — приказала Светлана тихим, властным голосом. «Сядьте на стул и смотрите. Смотрите, но не трогайте себя. Это мое правило на сегодня».
Профессор Харламов помедлил лишь мгновение, затем подчинился, расстегнул рубашку и снял одежду, пока не сел голым в кресло, уже наполовину возбудившись. Светлана тихо и довольно промычала.
— Вы молодец, — пробормотала она, в её словах сквозила игривая унизительная нотка. «А теперь держите руки на подлокотниках. Это моё представление».
Светлана медленно расстегнула блузку, театрально спуская с плеч, затем сняла юбку. Стоя совершенно обнаженной, за исключением маски и светлого парика, она двигалась целеустремленно, грациозно опускаясь на четвереньки на мягкий ковер, глубоко выгибая спину, демонстрируя себя, как профессионал, — ягодицы высоко, колени раздвинуты, предоставляя идеальный обзор своего тела.
Шарик не терял времени. Сначала он быстрыми, ласковыми движениями облизал ее лицо и шею, затем спустился ниже, его теплый, жаждущий язык скользил, по ее груди и животу, прежде чем найти ее гладкую, уже влажную вагину. Светлана издала тихий, сдержанный стон, все еще полностью вживаясь в роль, когда
Мезальянс (история о женском коварстве и мужской глупости)