снаружи в своей одежде. Если что-то пойдет не так, она окажется в ловушке, — голая, запертая, без возможности выбраться. Светлана замерла, горло сжалось, но парень, уже отпирал дверь. Сдерживая страх, она сняла одежду и шагнула в клетку. Металлическая дверь с лязгом захлопнулась и заперлась, за ней.
С громким возгласом парень схватил за ручки клетку и словно трофей, начал вывозить её, из отдельной комнаты в главный зал коттеджа, где вечеринка шла в полном разгаре.
В тот же миг, как клетка въехала в дверной проем, толпа разразилась оглушительными криками и насмешками. Прожекторы ярко осветили ее. Светлана вцепилась в прутья клетки, щеки горели под маской, когда клетку поставили посреди шумного, переполненного зала.
Другой парень, — громкий и явно ведущий, — вскочил на ближайший диван с пластиковым стаканчиком в руке и заорал в микрофон:
— Поприветствуйте, — нашу маленькую собачку-шлюху в маске, которую сейчас трахнут, со всех сторон прямо здесь, в клетке!
Комната огласилась смехом и грубыми криками. Светлане хотелось исчезнуть, пульс бешено колотил в ушах.
Первую собаку, — мускулистого ротвейлера, впустили прямо в клетку. Дверь захлопнулась и заперлась, за ним с тяжелым металлическим щелчком, эхом отозвавшимся в груди Светланы. Теперь ей некуда было деваться. Она оказалась заперта вместе с этим могучим животным.
Огромный ротвейлер рванулся вперёд с агрессивной уверенностью. Сердце Светланы замерло в груди, когда мощный пёс бросился прямо на неё. Она инстинктивно прижалась спиной к холодным металлическим прутьям, пытаясь создать дистанцию. Ротвейлер не сбавил темп. Он просунул свою массивную голову между её ног, агрессивно обнюхивая их, его горячее дыхание обдало её обнажённые, ещё не смазанные половые органы, затем встал на дыбы, уперев тяжёлые передние лапы ей в плечи и сильно толкнув.
Страх пронзил Светлану, когда огромное животное силой погнало вперед. Он был неумолим, низко рычал, его тяжесть прижимала ее к полу клетки. Светлана вытянула руки, чтобы ухватиться, за прутья решетки, но ротвейлер продолжал толкать и тянуть, пытаясь прорваться, за ее спину. В этом замкнутом пространстве не было выхода. Через несколько секунд у Светланы подкосились колени.
Волна смирения захлестнула ее, когда она опустилась на пол. «Вот почему, я здесь», — подумала она, задыхаясь. «Теперь нет смысла сопротивляться». Светлана позволила себя силой опустить на четвереньки, выгнув спину и послушно раздвинув колени, несмотря на жгучее унижение.
Огромный ротвейлер почти мгновенно забрался на нее, крепко вцепившись передними лапами в ее талию, словно железом. Светлана ахнула, когда весь его вес обрушился ей на спину, прижимая ее грудь к полу клетки. Не было никаких нежных поисков, — его толстый, заостренный член нашел ее влажное лоно и вошел одним жестоким толчком, растягивая её влагалище одним мощным движением, от которого она вскрикнула.
Пёс тут же начал яростно, неумолимо долбить ее в ритме, гораздо агрессивнее, чем Титан. Каждое глубокое проникновение посылало ударные волны по ее телу, его тяжелые яички шлепали по ней, толстый ствол с необузданной силой впивался в ее внутренности. Светлана вскрикнула, ее тело дергалось вперед с каждым жестоким толчком, она была бессильна что-либо сделать, кроме как терпеть, её влагалище непроизвольно сжималась вокруг вторгшейся длины собачьего члена.
Узел быстро и безжалостно раздувался. Светлана едва успела перевести дыхание, как огромный узел вонзилась внутрь, скрепив их вместе с влажным хлопком. Мощный оргазм пронзил ее, заставив дрожать и стонать, пока ее вагина крепко сжимала пульсирующий узел, ритмично выжимая из него сперму.
Пока их связывал Собачий узел, толпа громко стучала по прутьям клетки. Ведущий продолжал их подбадривать:
— Посмотрите, она уже истекает! Ей нравится этот Собачий узел, не так
Тетя Эмма дает клизму