Пик. Оргазм взорвался. Всё сжалось – влагалище, анус, горло. Трясло судорогами, бедра бились о воздух. Зрение помутнело, мир сузился до вторжений. Щупальца дрожали внутри, отвечая.
Они излились. Потоком. Горячая жидкость хлынула во влагалище, заполняя до краев. В анус всем давление разрывая и переполняя его. Изо рта его солоноватый вкус, стекающий по подбородку. Оля обмякла, дрожа в изнеможении. Тело помнит каждое вторжение. Новые желания шевельнулись в глубине.
Щупальца втянулись в трещины пола с влажным чмоканьем, оставляя после себя лишь лужицы густой слизи. Оля лежала на холодных плитках кухни своей тесной студии, тело всё ещё подрагивало от недавних вторжений. Утро пробивалось сквозь замызганное окно, золотя воздух пылинками. Она попыталась пошевелиться. Ноги не слушались, мышцы ныли сладкой усталостью. Внутри всё пульсировало — влагалище, анус, горло, они эхом повторяя ритм, который только что разрывал её на части.
Она повернула голову, уставившись на трещины в полу. Они зияли чёрными пастями, безмолвными. 'Ушли', — подумала Оля, и страх сжал сердце. Но страх смешался с пустотой, с тягучим голодом, который разливался по венам. Тело помнило. Кожа горела следами от сжатий, соски торчали, ноющие, чулки порваны в клочья, халатик задран и пропитан. Она провела рукой по бедру. Слизь липла к пальцам, теплая, живая. 'Нет, только не это', — разум взбунтовался, но пальцы уже скользнули выше.
Воспоминания нахлынули. Первое касание нежное скользкое, по чулку вверх. Лодыжка в кольце, мягком, но властном. Второе по запястью, тянущее вниз. Талия стянута, грудь сжата. Оля зажмурилась. Дыхание сбилось. 'Стоп. Это безумие'. Но рука не остановилась. Пальцы коснулись клитора, набухшего, чувствительного. Лёгкое давление и тело выгнулось. Волна жара прокатилась от низа живота. Она застонала тихо, губы дрожали.
Пол был холодным под спиной, но это только усиливало ощущения. Оля раздвинула ноги шире, чулки натянулись на коленях. Пальцы вошли внутрь, легко, потому что там всё ещё было скользко от их семени. 'Они заполнили меня всю', — мысль кольнула стыдом. Но стыд таял в ритме движений. Она добавила второй палец, глубже. Влагалище сжалось, жадно. Воспоминание: толстое щупальце, растягивающее, пульсирующее внутри. Оля ускорила темп, большой палец тёр клитор кругами.
Утро набирало силу, свет падал на её тело, высвечивая блики слизи. Она видела себя со стороны — растрёпанную, обнажённую, с рукой между бёдер. Художница, которая рисовала абстракции, а теперь корчится на полу от похоти. 'Что со мной?' Конфликт раздирал: бежать, звать помощь, вырваться из этой студии. Но тело не хотело. Оно жаждало повторения. Анус зудел, пустой. Оля вынула пальцы из влагалища, поднесла к губам. Вкус солоноватый, чужой. Затем скользнула рукой назад.
Средний палец надавил на кольцо мышц. Сопротивление. Она расслабилась, вспомнив, как они входили как медленно, неумолимо. Палец вошёл. Оля ахнула. Полное ощущение — впереди пальцы снова в вагине, сзади один в анусе. Она двигала ими в унисон, имитируя их ритм. Грудь вздымалась, соски тёрлись о воздух. Боль смешалась с удовольствием.
Трансформация нарастала. Оля чувствовала, как слизь впитывается, меняет кровь. Желания крепли, разум слабел. Она больше не боролась. 'Пусть'. Ритм нарастал. Пальцы внутри ускорялись, чавкая во влаге. Клитор пульсировал под большим пальцем. Тело напряглось. Волны накатывали, от пальцев ног до макушки. Она выгнулась дугой, пятки скребли пол. 'Ещё. Ближе'.
Воспоминания усилились. Рот заполнен, глотая их сок. Грудь в кольцах, соски стонут. Чулки рвут, кожу ласкают. Оля представила новые ещё толще, ещё настойчивее. Пальцы внутри сжались. Оргазм ударил внезапно. Тело затряслось, влагалище и анус спазмировали вокруг пальцев. Она закричала, хрипло, утро услышало. Жидкость брызнула из
Совращение маленького Вити.