Рио Футаба сидела за компьютером в школьной лаборатории, окружённая чертежами и расчётами. На экране — трёхмерная модель капсулы, которую она собирала последние два месяца. Основная задача: создать устройство для эксперимента по сенсорной депривации с возможностью автономного существования. Но была и вторичная, куда более личная цель — проверить границы собственного тела и разума.
Она прокручивала меню настроек, в очередной раз проверяя каждый пункт. Таймер основного цикла — четыре часа. Интенсивность вибрации — плавное нарастание. Режим пульсации — синусоида. Всё идеально.
Рядом с клавиатурой лежал сложенный вчетверо жёлтый листок — её личный чек-лист, который она составляла и перечитывала уже раз десять. Она взяла его, развернула, положила рядом с монитором и пробежалась глазами, сверяя с настройками на экране.
На листке было написано:
ТЕХНОЛОГИЧЕСКАЯ КАРТА ЭКСПЕРИМЕНТА №1
[✓] Герметичность капсулы — проверена, конденсат в норме.
[✓] Калибровка вибратора — плавное нарастание, без рывков.
[✓] Таймер основного цикла — 4 часа, автоматическое отключение.
[✓] Фиксаторы — мягкие манжеты, блокировка при сбое включена.
[✓] Внешний оператор — обязателен.
«Кто будет оператором?» — этот вопрос она тогда зачеркнула, так и не ответив себе. Или не решила, или не решилась?
[✓] Аварийное питание — 12 часов, достаточно.
В нижней части экрана мелькнул пункт, который она видела уже сотни раз: **«Ручное подтверждение после завершения цикла стимуляции»**. Этот режим был предусмотрен для безопасности — чтобы испытуемый в изменённом состоянии сознания не навредил себе, пытаясь выбраться раньше времени. Оператор, сохраняя ясность ума, наблюдал за процессом и нажимал красную кнопку на внешнем пульте только тогда, когда действительно наступало безопасное время для выхода.
Рио знала, что этот режим важен. В будущих экспериментах, более длительных и сложных, она планировала его использовать. Но для первого, короткого четырёхчасового сеанса он был не нужен. Она сама выйдет, когда таймер закончится, и никакой оператор не потребуется. Она уже собиралась снять галочку с этого пункта, как вдруг в дверь постучали.
— Футаба, ты здесь? — раздался голос Сакуты.
Она вздрогнула, быстро свернула окно с настройками и повернулась.
— Да, заходи.
Сакута зашёл, бросил взгляд на экран, но ничего не заметил — окно было свёрнуто.
— Ты собираешься домой? Уже поздно.
— Скоро пойду, — ответила она, чувствуя, как сердце колотится от мысли, что он мог увидеть её чертежи.
— Ладно, не засиживайся. Завтра контрольная, не забудь.
Он вышел. Рио облегчённо выдохнула и вернулась к настройкам. В спешке и лёгком волнении она пролистнула меню, даже не заметив, что галочка напротив «Ручного подтверждения» так и осталась стоять. Она была уверена, что убрала её, но пальцы дрожали, мысли путались, и в тот момент она просто закрыла программу, думая, что всё готово.
Капсула была запрограммирована. Режим «ручное подтверждение» оставался активным. Теперь выход зависел от нажатия красной кнопки на внешнем пульте — от кого-то снаружи.
Но Рио об этом не знала.
— --
Рио Футаба аккуратно сняла очки и положила их на край лабораторного стола — рядом с маленькой бутылкой воды и сложенной формой. Без очков мир стал чуть размытым, мягче, как будто реальность уже начала отступать. Она полностью разделась, сложила вещи стопкой и легла в капсулу.
Защёлкнулись манжеты: лодыжки, талия, запястья — тело растянуто в форме X внутри гладкой металлической капсулы. Купол опустился с тихим шипением, отрезая её от внешнего мира.
Внутри было темно, только маленький дисплей над головой отсчитывал время: 04:00:00. Четыре часа. Она глубоко вздохнула и закрыла глаза.
Вибратор — фаллоимитатор с вибрационной и пульсирующей функцией — начал работать по таймеру: первые 40 минут — едва заметные колебания, почти ласкающие, дразнящие, заставляющие тело напрягаться в ожидании. Рио чувствовала, как внутри нарастает тёплая волна предвкушения, как мышцы непроизвольно сжимаются вокруг
Дела семейные. Часть 20