— Света... она не жертва, — сказал я. — Она делает это добровольно.
Андрей кивнул.
— Возможно. Но знаете, что я заметил? Люди, которые попадают в эту систему, перестают быть собой. Они начинают верить, что это нормально. Что это цена успеха. Ваша жена получает премии, бонусы, повышения. Её зарплата выросла в два раза за последний год. Но посмотрите на неё — она стала другой, да?
Я кивнул. Я не мог говорить.
— Я не призываю вас к чему-то, — сказал Андрей. — Я просто даю информацию. Что с ней делать — решать вам. Можете использовать эти записи для развода, можете пойти в полицию, можете предъявить руководству компании. Или можете сделать вид, что ничего не знаете. Это ваш выбор.
Он встал, положил на стол несколько купюр.
— За кофе, — сказал он. — Флешка ваша. Я удалю все копии. Если решите что-то предпринять — вот мой номер, — он протянул визитку. — Я дам показания.
— Почему вы рискуете? — спросил я. — Вас могут уволить.
Андрей усмехнулся.
— Я уже подал заявление об уходе. Завтра мой последний день. А эти двое, — он кивнул на фотографии, — пусть знают, что есть люди, которые их не боятся.
Он развернулся и вышел из кафе.
Я остался сидеть, глядя на флешку, на фотографии, на визитку с номером телефона. Взял в руки первую фотографию — Света в лифте, руки Дмитрия на её бёдрах, её улыбка.
Я сложил всё в папку, положил во внутренний карман пиджака. Допила кофе, расплатился и вышел на улицу.
Было холодно. Небо затянуло тучами, собирался дождь. Я стоял на тротуаре, сжимая в кармане флешку, и смотрел на проходящих мимо людей. Они спешили по своим делам, не замечая меня. Я был для них просто мужчиной в пальто, задумавшимся о чём-то своём.
Они не знали, что в моём кармане лежит моя разрушенная жизнь.
Я достал телефон, посмотрел на время. Половина четвёртого. Света сейчас на работе. Может, уже в кабинете директора. Может, стоит на коленях. Может, с членом во рту.
Я сжал телефон так, что хрустнул пластик чехла.
Потом открыл браузер и набрал в поиске: «юрист по бракоразводным процессам».
И добавил: «с компрометирующими материалами».
***
Домой я вернулся в шестом часу. Светы ещё не было — она писала, что задержится на переговорах. Я прошёл в гостиную, сел за ноутбук.
Флешка лежала на столе.
Я смотрел на неё, и внутри меня боролись два желания. Одно — выбросить её, забыть, сделать вид, что ничего не было. Вернуться к той жизни, где Света была моей женой, а не игрушкой для сексуальной разрядки двух мужчин. Другое — вставить её в ноутбук, посмотреть всё, до конца, узнать всю правду, какой бы страшной она ни была.
Я протянул руку к флешке.
Потом убрал руку.
Встал, прошёл на кухню, налил себе стакан воды. Выпил. Вернулся в гостиную.
Флешка всё так же лежала на столе.
Я сел, взял её в руки. Маленькая, чёрная, без опознавательных знаков. В ней — полгода жизни моей жены. Полгода, о которых я ничего не знал.
Я вставил флешку в ноутбук.
Папка открылась автоматически. Внутри было несколько файлов. Видео. Датированные.
Первое — от 12 марта. Три месяца назад. Я навёл курсор, замер.
Сердце колотилось где-то в горле. Я сделал глубокий вдох, выдохнул.
И нажал на воспроизведение.
На экране появился кабинет. Тот самый, который я видел вчера. Стол, кресло, дипломы на стенах. В углу экрана — время: 19:15.
Дверь открылась. Вошла Света.
На ней было то самое платье — красное, короткое, с глубоким вырезом, открывающим половину груди. Ткань блестела в свете настольной лампы, облегая каждый изгиб её тела. Волосы распущены, макияж яркий,
В натуре!