гулять вместе, разговаривать, я буду тебя кормить вкусненьким... ты у меня такой послушный и милый мальчик. Мне очень приятно проводить с тобой время.
Она взяла печенье, отломила кусочек и сама поднесла к его губам. Вова открыл рот и взял печенье прямо из ее пальцев. Ирина Владимировна ласково улыбнулась и погладила его по щеке. Пока он пил компот маленькими глотками, она продолжала говорить тихим, бархатным голосом.
— Ты такой нежный... не то что некоторые шумные мальчишки. С тобой спокойно и уютно. Я рада, что ты попал именно в мой отряд, Вовочка.
Она снова наклонилась, чтобы налить ему еще компота. Ее грудь тяжело качнулась, и правый сосок на секунду очень четко отпечатался через ткань. Вова не мог отвести взгляд! Он представлял, как эти большие темные соски выглядят голыми — он уже видел их ночью и на речке, но каждый раз это зрелище сводило его с ума.
Тетя Ира заметила, куда он смотрит, но ничего не сказала. Только слегка улыбнулась уголком губ и продолжила гладить его по голове, как маленького.
— Пей, мой хороший. Компот витаминный, полезный. А потом можем еще погулять, я тебе красивые шишки покажу или грибы поищем, если хочешь.
Вова сидел рядом с ней, пил сладкий теплый компот, ел из её рук и не мог насытиться видом её свободно колышущейся груди под тонкой блузкой. Как же ему тогда хотелось показать ей свою «шишку»!
Лес тихо шумел вокруг, солнечные блики играли на ее черных волосах, а он чувствовал, как с каждой минутой его влечение к этой доброй, большой, отзывчивой женщине становится все сильнее и глубже.
Эта прогулка стала для него одним из самых спокойных и одновременно самых волнующих моментов в лагере.
Глава 9.
Глубокой ночью Вова проснулся от странного жара. Тело горело, голова была тяжелой, а в горле слегка першило. Он полежал несколько минут, ворочаясь, но стало только хуже. В окно тихо шумел лес, домик спал, но Вова уже не мог лежать один. Он тихо встал, накинул майку и шорты и, слегка пошатываясь, пошел по коридору к комнате тети Иры.
Мальчик постучал слабо, почти виновато.
— Тетя Ира... мне плохо... — тихо позвал он.
Дверь открылась мгновенно! Ирина Владимировна была в своей тонкой светлой ночнушке, волосы были распущены, глаза сонные, но они сразу наполнились заботой и тревогой.
— Вовочка? Что случилось, солнышко? — она быстро приложила ладонь к его лбу — ой, да ты горячий! Заходи скорее!
Она завела его в комнату, включила маленький ночник и усадила на свою кровать. Затем достала из тумбочки градусник, хорошенько встряхнула его и ласково сказала.
— Сейчас померим температуру. Под мышку давай.
Вова поднял майку. Ирина Владимировна села рядом, прижала его к себе боком и вставила градусник. Пока они ждали, она гладила его по спине большой теплой ладонью.
— Бедненький мой... наверное, перегрелся на речке или в лесу продуло. Ничего, тетя Ира тебя вылечит.
Через пять минут она достала градусник.
— Тридцать семь и восемь. Не критично, но надо полежать. Ложись сюда, под одеяло.
Она уложила его на свою широкую кровать, накрыла легким одеялом и пошла поставить чайник. Пока кипела вода, она вернулась и села рядом, гладя его по волосам.
— Сейчас попьешь теплого чайку с медом и сразу легче станет.
Она принесла кружку ароматного чая, подула на него сама и дала Вове маленькими глотками.
Когда чай был допит, Ирина Владимировна вдруг задумчиво нахмурилась.
— Слушай, Вовочка... мы вчера в лесу гуляли, а потом на речке. Мало ли клещ где присосался. Давай я тебя осмотрю хорошенько, чтобы не было никаких неприятностей!
Она говорила это очень серьёзным, но ласковым тоном заботливой воспитательницы.
Ночной пляж