— Его... его надо промыть... — наконец выдавил Гаральд. — Своим ртом. В лечебных целях.
— Я... я могу принести воды... — едва слышно прошептала она.
— Не надо воды, — усмехнулся рыцарь. — Слюна лучше. Намного лучше. На колени, сестра.
Мария, словно в тумане, опустилась на колени перед ним. Её монашеский чепчик слегка съехал набок. Она робко открыла рот и взяла головку между губ. Гаральд тихо застонал от удовольствия и положил руку ей на затылок.
В маленькой келье разнёсся ритмичный, влажный звук посасывания. Миниатюрная блондинка в монашеском одеянии старательно работала ртом, её головка в чепчике двигалась туда-сюда, а щёки вваливались от усердия...»
Лиза остановилась. Дыхание было тяжёлым и прерывистым. Она почувствовала, как сильно намокла. Пальцы сами потянулись под юбку, но она заставила себя пока не трогать себя — хотела дописать.
Она быстро напечатала ещё несколько строк:
«...Гаральд больше не мог сдерживаться. Он легко, словно она ничего не весила, поднял миниатюрную монахиню с колен, развернул лицом к холодной каменной стене кельи и поставил раком.
Мария упёрлась ладонями в шершавую кладку, её тонкие пальцы дрожали. Гаральд грубо задрал тяжёлую рясу до самой талии, полностью обнажив её стройные бёдра и маленькую, упругую попку. Белые скромные трусики он просто сдёрнул вниз, оставив их болтаться на одной щиколотке.
— Какая же ты хрупкая... — низко прорычал он, проводя огромной ладонью по её спине вниз. — Настоящая куколка в монашеском платье.
Он широко раздвинул ей ноги, заставив прогнуться в пояснице. Мария стояла на носочках, дрожа всем телом. Её маленькая киска была полностью открыта — розовая, мокрая, слегка припухшая от возбуждения.
Гаральд приставил толстую, горячую головку своего члена к её узкому входу. Мария испуганно всхлипнула.
— Пожалуйста... медленно... он слишком большой... — тихо умоляла она.
Но Гаральд только крепче сжал её тонкую талию обеими руками и одним мощным, беспощадным толчком вогнал в неё почти весь свой толстый член.
Мария громко и протяжно вскрикнула. Её узкая киска отчаянно растянулась вокруг огромного ствола, принимая его до самого основания. Боль смешалась с острым, обжигающим удовольствием. Ноги девушки задрожали, колени едва не подогнулись.
— А-а-а-х! Господи... слишком глубоко... — простонала она, вцепившись ногтями в стену.
Гаральд не дал ей ни секунды передышки. Он начал трахать её жёстко и глубоко — каждый мощный толчок полностью погружал его толстый член в её маленькое тело. Хрупкая блондинка в задранной рясе и съехавшем набок монашеском чепчике сотрясалась от ударов. Её полная грудь тяжело раскачивалась в такт, соски тёрлись о грубую ткань рясы.
— Вот так... принимай весь... — рычал Гаральд, крепко держа её за бёдра. — Смотри, как твоя святая киска жадно меня глотает... Ты же всю жизнь об этом мечтала, правда?
Мария уже не могла говорить. Из её рта вырывались только громкие, прерывистые стоны и всхлипы. Каждый раз, когда Гаральд входил в неё до упора, она ощущала, как его тяжёлые яйца шлёпают по её мокрым губам. Её тонкая талия выгибалась всё сильнее, а попка сама собой подавалась назад, навстречу грубым толчкам.
Гаральд наклонился над ней, прижав свою широкую грудь к её спине, и хрипло прошептал ей прямо в ухо:
— Скажи... кому ты теперь принадлежишь, сестра?
Мария, почти рыдая от удовольствия, выдохнула дрожащим голосом:
— Тебе... я твоя... о Господи... я твоя...
Он ускорил темп, трахая её быстро и жёстко. Келью наполнили влажные шлепки, громкие стоны и тяжёлое мужское рычание. Миниатюрное тело монахини полностью отдалось огромному рыцарю.
Когда Гаральд наконец с низким, звериным рыком кончил глубоко внутри неё, заливая её узкую киску горячим, густым семенем, Мария сорвалась в мощный, дрожащий оргазм. Её киска судорожно