Я открыл глаза. В палатке было темно, но через неплотно застёгнутый вход пробивался слабый свет, от костра, наверное. Я сел, и голова закружилась, но не так сильно, как раньше. Похоже, сон немного отрезвил.
Мне нужно было пить.
Я шарил рукой по рюкзакам, по вещам, нащупал какую-то бутылку. В темноте не разобрал, что это. Открыл. Пахло газировкой. «Спрайт» или «Кола» - неважно. Я выпил всё, до дна, чувствуя, как пузырьки разрывают пересохшее горло, как жидкость растекается по телу, возвращая жизнь.
Я начал приходить в себя.
И тут вспомнил.
Последние услышанные слова снова прозвучали в моей голове: «Классная у него девка», «этот старый уже не вытягивает её». Они смеялись. Надо мной. Надо мной и моей женой.
Тревога накрыла меня с новой силой. Я попытался прислушаться - что там, снаружи?
Сначала ничего. Тишина. Потом - тихий смех. Женский. Алисин.
На улице говорили несколько человек. Негромко, приглушённо. Но среди этих шепотков я легко узнал голос моей жены.
— Я так-то замужем, между прочим, - сказала она. Голос был сильно пьяный, она постоянно хихикала, как девчонка, которую застали за чем-то запретным.
— Ну да, - это голос Бориса. Спокойный, уверенный. - И трогать нас за члены не мешало это?
— Ну я же в шутку, - Алиса хихикнула. - Они у вас, кстати, хорошенькие. Повезло вашим девушкам.
— Хочешь ещё дадим потрогать?
Тишина.
Я замер. Не дышал. В палатке было темно, но через щель между пологом и землёй пробивался свет костра.
Тишина затягивалась. Не было никаких возражений. Алиса замолчала. Я представил, что она сейчас делает.
Я медленно, стараясь не шуметь, подполз к выходу. Приоткрыл молнию палатки - чуть-чуть, на палец. Шторка подалась, и в узкую щель я увидел поляну.
Костёр почти догорел, но давал достаточно света. Стулья стояли полукругом. На одном из них сидела Алиса. Босиком, в своей флисовой кофте, но без штанов - только трусики, такие же маленькие, как купальник. Её светлые волосы растрепались, падали на лицо.
Рядом стояли двое. Борис и Дима. Они были в одних плавках, тех самых, в которых купались. Их тела, подсвеченные огнём, казались бронзовыми, мускулистыми, идеальными.
Они стояли ко мне спиной.
Но главным для меня была Алиса. Я видел её лицо.
Она смотрела вниз. Туда, где у мужчин были опущены плавки. Борис и Дима стояли с обнажёнными членами - я не видел их, но видел её реакцию. Удивлённое, заинтригованное, жадное лицо.
Она рассматривала то, что они достали.
Я почувствовал, как земля уходит из-под ног.
— Классные, - сказала она.
— Хочешь потрогать? - спросил Борис. Голос спокойный, как у продавца в магазине, который предлагает примерить вещь. - Твой спит. Мы никому не скажем.
Алиса закусила губу. Я видел это чётко, сквозь щель, видел, как её глаза - в них, кроме блеска от костра, был другой блеск. Глубокий, влажный, развратный. Такой блеск я видел у неё только в нашей спальне, когда она смотрела на меня перед тем, как...
Она медленно протянула руку. Сначала к Борису. Обхватила его член. Пальцы сомкнулись, и я увидел, как её рука начала двигаться - чуть-чуть, нерешительно, потом увереннее.
Другая рука легла на член Димы.
Она дрочила им обоим. Одновременно. Сидя на стуле, задрав голову, с этим бесстыжим блеском в глазах.
— Нравится? - спросил Борис. - Можешь попробовать. Они вкусные. Только что помытые.
— Вот дураки, - Алиса засмеялась - нервно, сбивчиво. - Вы чего? Я не такая. Я же говорю - я замужем.
— Ой, да ладно, - Дима усмехнулся. - Вон как смотришь. Мы знаем такой взгляд. Слюньки сейчас потекут.
Память. Часть 1