— это только начало. Скоро мы вернёмся домой, и вся семья примет Юленьку так, как она того заслуживает. Полноправно. Горячо. Навсегда.
Юленька забеременела с первого раза.
Когда она пришла ко мне в ванную с тестом в дрожащих руках и показала две яркие полоски, у меня перехватило дыхание. Я встал на колени прямо на кафеле, обнял её за бёдра и прижался лицом к ещё плоскому животу. Она заплакала от счастья, запустив пальцы мне в волосы.
Через неделю приехала Светлана. Мы сказали ей вместе. Моя жена посмотрела на дочь, потом на меня — и на её лице расцвела такая светлая, искренняя радость, какой я давно не видел. Она обняла Юленьку, поцеловала в щеку и прошептала со слезами на глазах:
— Наконец-то... Моя девочка родит тебе настоящих детей, Толя. Твоих. По крови. По любви.
Она была счастлива по-настоящему.
А потом случился тот вечер, который навсегда изменил всё.
Светлана приехала в город неожиданно. Юленька была на учёбе до вечера, и мы с женой оказались в моей служебной квартире вдвоём. Мы не успели даже толком поговорить — Светлана сразу прижалась ко мне, поцеловала жадно, и через минуту мы уже были в спальне.
Когда вечером вернулась Юленька, она застала нас уже в постели — голых, разгорячённых, но ещё не насытившихся. Дочь замерла в дверях, щёки вспыхнули, но в глазах вспыхнул не стыд, а тот самый огонь, который мы все в ней так любили.
Светлана протянула к ней руку и тихо сказала:
— Иди к нам, доченька. Сегодня мы все вместе.
Это была наша первая настоящая тройная любовь.
Юленька медленно разделась, оставив только распущенную косу, которая золотой волной упала ей на спину. Мы с Светланой приняли её в середину. Я целовал дочь в губы — глубоко, нежно, а Светлана целовала её шею, грудь, соски. Потом мать опустилась ниже и начала вылизывать Юленьку, пока я целовал дочь в губы и мял её нежную грудь. Юленька стонала нам обоим в рот, дрожа всем телом.
Мы ласкали друг друга долго и красиво. Я лежал на спине, Юленька села на меня своей уже не девственной, но такой тесной и горячей пиздой, а Светлана села мне на лицо, давая мне вылизывать её сочную, текущую вульву. Мать и дочь целовались над мной — жадно, с языками, их большие груди тёрлись друг о друга. Потом мы поменялись: я трахал Светлану в пизду, а Юленька сидела на лице матери и одновременно целовала меня. Мы кончали по очереди и вместе — стонали, дрожали, смешивались в одно большое, мокрое, счастливое тело.
Когда всё закончилось, и мы лежали втроём, переплетённые, потные и довольные, Светлана вдруг поднялась на локте и посмотрела на нас обоих очень серьёзно и очень нежно.
— Толя... Юленька... Я давно хотела вам это сказать.
Она взяла нас за руки и продолжила:
— Поженитесь. Вы двое. Официально. Юленька — дочь Юрчика, вы оба знаете. Но это неважно. Она будет рожать тебе хорошеньких, здоровых детей, Толя, настоящих твоих. Вы будете жить здесь, в городе. Мы будем приезжать к вам. Вы — к нам. Будет красиво. Честно.
Юленька широко раскрыла глаза, но в них не было страха — только счастье.
— А ты, мама? — тихо спросила она.
Светлана улыбнулась — той самой женской, мудрой и чуть лукавой улыбкой.
— А я останусь дома. С Денисом. Как муж и жена.
Она наконец-то всё рассказала.
— Я давно с ним. Уже больше года. Тайно. Он ебёт меня днём и ночью, нещадно, своим огромным чёрным членом — точно таким же, как был у его отца. В пизду, в зад, в рот — как
Воспоминания бравого капитана-5