блузке. Настоящая милфа, которая знала себе цену. Она вошла в палату, посмотрела на внука, потом на меня и спокойно, без лишних эмоций, сказала:
— Анатолий, зятёк мой дорогой, давай поговорим как взрослые. Ещё до того, как я познакомилась с Константином Петровичем, за мной ухаживал один красавец... ну, и не только он. Как-то заманил меня в общагу, напоил, лишил девственности. А потом пустил по кругу. Пятеро или шестеро их было. Среди них — негр. Высокий, здоровый. Ясное дело, семя чёрных сильнее. Светка родилась белой — мои гены победили. А вот в следующем поколении... возобладали его. Так бывает. Генетика.
Она говорила это так уверенно, так спокойно, будто рассказывала о погоде. Я посмотрел на Светлану. Она лежала бледная, но в глазах — облегчение. Я кивнул. На людях, в посёлке, на работе — я сделал вид, что безоговорочно поверил. Обнял Ларису Ивановну при всех, поцеловал в щёку, сказал: «Спасибо, мама, что рассказала правду. Теперь всё понятно». Записал мальчика на своё имя. Назвали его Денисом. Я носил его на руках, менял подгузники, ночью вставал к нему. И каждый раз, глядя на его чёрную кожу, чувствовал странную, тёплую гордость. Это был мой сын. Наш сын.
В благодарность Лариса Ивановна подарила мне своё роскошное тело. В тот же вечер, когда мы приехали домой из роддома, она осталась ночевать. Светлана кормила Дениса в соседней комнате, а мы с Ларисой Ивановной остались в зале.
Она подошла ко мне, обняла за шею и прошептала:
— Ты хороший муж, Толя. Настоящий. Теперь я хочу отблагодарить тебя... по-взрослому.
Она разделась медленно, наслаждаясь моим взглядом. Её тело было потрясающим: большая, тяжёлая грудь с тёмными сосками, широкий, мягкий живот, огромный, высокий зад, который колыхался при каждом шаге, и сочная, уже влажная пизда с крупными губами — точная копия Светланиной, только ещё более зрелая. Я трахнул её прямо на столе — жёстко, глубоко, держа за бёдра. Она стонала громко, не стесняясь:
— Да... еби маму своей жены... сильнее... я давно такого хотела...
Она кончала дважды, пока я долбил её, а потом встала на колени и отсосала мне так умело, что я взорвался ей в рот. Она проглотила всё, облизнулась и улыбнулась:
— Теперь мы одна семья... по-настоящему.
А Юрчик тоже не остался в стороне. Когда он вернулся с буровых и увидел Ларису Ивановну, глаза у него загорелись. В тот же вечер мы вчетвером — я, Светлана, Юрчик и она — сидели за столом. Вино, разговоры... а потом всё перешло в спальню. Лариса Ивановна оказалась ещё горячее дочери. Она брала нас обоих — то в пизду, то в зад, то отсасывала сразу двоим, пока Светлана лежала рядом, кормила грудью и смотрела на нас с блаженной улыбкой. Юрчик трахал тёщу раком, я — в рот, а потом мы менялись. Её огромный зад шлёпал по нашим бёдрам, большая грудь моталась, она кричала так, что стены дрожали:
— Ебите меня, мальчики... оба... я ваша общая тёща-шлюха...
Мы кончали в неё по очереди и вместе. А потом я вылизывал её разъёбанную пизду, пока Юрчик целовал Светлану, а Денис мирно спал в своей кроватке в соседней комнате. Теща была очень благодарна, что я вылизал ее.
Семья наша стала ещё больше. Ещё крепче. Ещё горячее. Теперь у нас было всё: любовь, дети, верность... и полная, честная свобода в постели. Я смотрел на спящую Светлану, на Ларису Ивановну, которая прижималась к Юрчику, и понимал: это и есть настоящее счастье. Когда все получают то, чего хотят. И никто не врёт. Никогда.
Рабочие моменты-3