он вслух, и слово это прозвучало странно — то ли как шутка, то ли как молитва.
Он знал, что будет происходить в «Эдеме» ближайшие несколько часов. Знал в деталях, красках и запахах. И он знал, что, когда Анна вернётся — расслабленная, счастливая, со следами чужих пальцев на теле и вкусом чужих губ на устах, — он встретит её дома. И спросит про чакры. И будет слушать.
Моя сладкая девочка