мягкой тканью. Она опустилась на ближайший, не вытираясь, и потянула меня за собой.
Я легла рядом. Лежак был шире обычного шезлонга, но всё равно не рассчитан на двоих. Наши мокрые тела скользили по ткани. Я упёрлась локтем, чтобы не скатиться, и в то же время прижалась к ней бедром. Кожа к коже — влажная, горячая. Её грудь коснулась моей. Соски вновь встретились — твёрдые, чувствительные, я вздрогнула от этого прикосновения. Она тоже.
Мы снова начали целоваться. Нежно, сначала, только губами, пробуя вкус воды на её губах. Потом глубже — её язык скользнул в мой рот, встретился с моим, обвёл, дразня. Я запустила пальцы в её мокрые волосы — пряди намотались, вода стекала по запястьям. Вторая её рука легла мне на талию, скользнула ниже, к ягодице, сжала.
Мы перекатились, меняясь местами. Лежак скрипнул, но выдержал. Я оказалась сверху, нависая над ней. Её груди расплющились подо мной. Я поцеловала её в шею, ниже, в ключицу, в ложбинку между грудями. Она выдохнула — громко, с хрипотцой. Её руки гладили мою спину, спускались к пояснице, раздвигали ягодицы.
— Неудобно, — прошептала она, выгибаясь.
— Да, — выдохнула я, не отрываясь от её груди.
Она легла на спину, развернувшись головой к моим ногам. Я поняла. Я легла на неё сверху, но в противоположную сторону — так, что моё лицо оказалось у её бёдер, а её — у моих. Теперь мы лежали, прижавшись валетом, каждая голова у паха другой. Лежак прогнулся под нашим весом, но держал. Мои волосы рассыпались по её животу, а её волосы лежали на лежаке, рассыпавшись вокруг головы. Я чувствовала её дыхание на своей промежности — горячее, частое, прерывистое.
Я раздвинула ноги шире, чтобы ей было удобнее. Она сделала то же. Я видела её лоно вблизи — гладкое, выбритое, с аккуратными складками, влажное от воды и от возбуждения. Внутри неё, в глубине, пульсировало — я видела, как сжимаются мышцы. Запах был сладковатым, терпким, с лёгкой солёной ноткой. Пахло нами — потом, возбуждением, водой, чем-то неуловимым, от чего кружилась голова.
Я наклонилась, провела языком по её половым губам — от самого низа до клитора. Она вздрогнула, выдохнула мне в пах. Я лизнула ещё раз, медленнее, ощущая каждый миллиметр. Её сок смешивался со слюной, становилось скользко.
Я нашла клитор пальцами — раздвинула складки, обнажила его. Он был твёрдым, маленьким, пульсировал под подушечкой. Я лизнула его кончиком языка. Она выгнулась, застонала. Я обводила клитор кругами — медленно, с нажимом, затем быстрее, почти касаясь. Она задвигала бёдрами навстречу, её пальцы вцепились в мои ягодицы. Я вобрала клитор в рот, посасывая, чувствуя, как он пульсирует под языком.
В то же время её язык нашёл мой клитор. Она делала то же самое — медленно, нежно, пробуя. Я вздрогнула, когда её язык коснулся меня. Это было острое, сладкое ощущение — как маленький электрический разряд. Я выгнулась, застонав в её лоно, и почувствовала, как мои мышцы сжимаются вокруг её языка. Она задвигала языком быстрее, ритмичнее, и я отвечала тем же.
Мы ласкали друг друга — языки входили, обводили, нажимали, вбирали. Я чувствовала, как внутри неё всё пульсирует. Её стоны отдавались вибрацией в моём клиторе. Мои стоны — в её. Слюна смешивалась с соком, становилось влажно, и мы могли брать глубже, почти проникая языками внутрь.
Оргазм накатил одновременно. Я почувствовала, как её тело напряглось — мышцы живота сократились, бёдра замерли. Она замерла на секунду, а потом затряслась — мелкой, частой дрожью. Её влагалище пульсировало под моим языком, и я продолжала ласкать, не останавливаясь. Она
Ника