оставался голодным. — Саш, у него любовниц гораздо, гораздо больше, чем три. Стая большая, вожак один.
— И человеческие девушки среди них тоже есть?
— Да, разумеется. И поверь мне, ни одна из них ни разу не пожалела о проведённых с ним ночах. Хотя у вас, у людей, столько дурацких заморочек и тараканов в голове по этому поводу, что иногда просто диву даёшься.
Я сделала глубокий вдох, успокаивая внезапно занывшее внизу живота чувство. Психологический прессинг работал в обе стороны: я изводила его физически, а он меня — ментально, ломая мои привычные устои. Но отступать было поздно.
— Ладно, оставим вожака с его гаремом, — я с вызовом посмотрела на Грима, а мой палец очертил верхний контур клитора, заставляя меня едва заметно прогнуться на столешнице. — А что насчёт тебя? У тебя есть постоянная волчица?
— Нет. Постоянной никого нет.
— А… не постоянная?
Алекс сделал шаг вперёд, нарушая дистанцию, но рук не поднял. Он наклонился так близко, что я почувствовала кожей жар, исходящий от его лица.
— Слушай, Саш. Ну я же не человек, не забывай об этом, — его голос упал до опасного вибрирующего шёпота. — Мы живём инстинктами. И на данный момент у меня есть ты. При этом… да, скрывать не буду, на территории стаи есть пара волчиц, к которым я вполне мог прийти, если
бы мне захотелось сбросить напряжение. Как, собственно, и они могли прийти ко мне. У нас это норма.
— Понятно… — тихо выговорила я.
Внутри что‑то сжалось — не от страха, а от осознания. Вчерашняя безумная ночная история про разумного волка внезапно обросла последствиями, которые я не просчитала. Серьёзными последствиями. Я представила, как чьи‑то бесшумные тени скользят за мной по улицам, и на мгновение пальцы онемели.
А если они решат, что я уже слишком много знаю? — мелькнула тревожная мысль.
Алекс уловил это мгновенно. Словно забыв про мой запрет, он резко подался вперёд и невероятно нежно, бережно коснулся тыльной стороной ладони моей щеки, заглядывая в самые зрачки.
— Саш, не грузись, — искренне и мягко сказал он. — Я ведь не дурак. Пока я здесь, пока я в отношениях с тобой — к волчицам ни‑ни. Я умею уважать чужие границы, если мне дорог человек.
Я хмыкнула, убирая его руку от своего лица, хотя тепло его кожи всё ещё приятно грело щеку.
— Да какие отношения, Грим? — я насмешливо повела плечом, возвращая себе маску дерзкой искусительницы. — Одна бурная ночь, конечно, была хороша, да и утро выдалось весьма запоминающимся… Но для полноценных отношений этого как‑то маловато, тебе не кажется?
Алекс опасно прищурился, его губы тронула хищная ухмылка.
— А у тебя самой‑то кто‑то есть? — вернул он мне подачу.
— Нет, что ты, — я картинно вздохнула, продолжая дразнить его короткими скользящими движениями пальцев. — Я бы точно не смогла вот так запросто, как вы. У меня, знаешь ли, те самые человеческие заморочки.
— Ну да, конечно, — Алекс тихо, торжествующе рыкнул, делая ещё полшага вперёд и практически зажимая мои бёдра своим телом, хотя его руки всё ещё демонстративно оставались за шлёвками его джинсов. — Рассказывай мне тут про заморочки. Напомнить тебе, как ты вчера тащила раненого волка в дом? Ты ведь понятия не имела, чем всё это обернётся. Хотя дразнила ты меня, Сашенька, знатно. Голая ходила по дому, никого не стесняясь… А ты вообще имеешь представление, как умопомрачительно, как маняще ты пахнешь для зверя? Вкупе с твоим обнажённым телом… Это была чистая пытка. У меня просто не осталось выбора, удержаться было физически невозможно,
Моя райская вечеринка