Я замерла, прислушиваясь. Сердце заколотилось. Я знала, что не должна, но ноги сами понесли меня к двери. Я тихо вышла в коридор. Дверь в спальню родителей была приоткрыта — небольшая щель, через которую падал мягкий тёплый свет ночника.
Я подошла ближе и осторожно посмотрела.
То, что я увидела, заставило меня прикусить губу.
Мама лежала на спине, полностью голая. Её ноги были широко разведены и закинуты на плечи Олега Викторовича. Он был сверху — мощный, мускулистый, с блестящей от пота спиной. Он трахал её глубокими, сильными толчками. Кровать ритмично скрипела.
Мама стонала — громко, протяжно, совершенно не сдерживаясь. Её грудь (третьего размера, ещё очень красивая) подпрыгивала при каждом толчке. Олег Викторович держал её за бёдра и входил сильно, глубоко, иногда полностью вытаскивая член и резко вгоняя обратно.
Я стояла в коридоре, прижавшись к дверному косяку, и не могла отвести взгляд.
Олег Викторович выглядел очень мощно. Широкая спина, сильные ягодицы, которые напрягались при каждом толчке. Его толстый член блестел от маминых соков. Я видела, как он входит в неё — глубоко, до самого основания. Мама выгибалась, хваталась за его плечи и громко стонала:
— Да... сильнее... Олег, глубже...
Он рычал в ответ, ускоряясь. Шлепки их тел звучали громко и ритмично. Я видела, как мамина киска обхватывает его член, как она течёт так сильно, что сок стекает по её попе на простыню.
Я стояла и чувствовала, как у меня между ног становится всё мокрее. Рука сама собой скользнула под трусики. Я начала медленно тереть свой клитор, глядя, как отчим жёстко трахает мою маму.
Они поменяли позу. Мама встала раком, Олег Викторович вошёл в неё сзади. Теперь я видела всё ещё лучше. Его толстый член входил в мамину киску полностью, яйца шлёпали по её клитору. Он сильно шлёпал её по попе, оставляя красные следы. Мама кричала от удовольствия, толкаясь назад.
— Еби меня сильнее... — стонала она.
Я уже активно мастурбировала. Два пальца были внутри меня, большой палец тёр клитор. Я стояла в коридоре, чуть приоткрыв дверь, и подглядывала за тем, как трахают мою маму. Это было невероятно возбуждающе и запретно.
Олег Викторович вдруг схватил маму за волосы, оттянул её голову назад и начал трахать ещё жёстче. Мама громко кричала. Я видела, как её тело дрожит, как она кончает — сильно, с длинным стоном.
Но Олег Викторович не останавливался. Он продолжал долбить её, пока сам не напрягся и не начал кончать. Он зарычал и глубоко вошёл в неё, заполняя мамину киску своей спермой. Я видела, как его член дёргается внутри неё, как из маминой киски начинает вытекать густая белая сперма.
Я тоже кончила в этот момент — резко, сильно, зажимая себе рот рукой, чтобы не закричать. Ноги задрожали, я прислонилась к стене, тяжело дыша.
Когда всё закончилось, я тихо вернулась в свою комнату, легла на кровать и долго лежала, глядя в потолок.
Сердце всё ещё бешено колотилось.
Я только что подглядывала, как трахают мою маму... и сама кончила от этого зрелища.
Я понимала, что перешла какую-то очень опасную грань.
Но остановиться уже не могла.
После того случая в коридоре прошло около десяти дней.
Мама вернулась из командировки уже неделю назад. На первый взгляд в доме всё было как обычно: она готовила, спрашивала, как у меня дела в университете, обнимала Олега Викторовича по вечерам. Но я чувствовала — что-то изменилось.
Мама стала более внимательной. Она замечала мелочи, которые раньше пропускала. Как Олег Викторович задерживает на мне взгляд чуть дольше, чем нужно. Как я краснею и быстро отводлю глаза.
Доминируй, унижай, властвуй