— Мама, а что это ты такая веселая? – спросил парнишка, открывая холодильник в поисках йогурта.
Ирина Сергеевна вздрогнула, словно ее вывели из глубокой задумчивости:
— А? Ой, Тема, ты уже пришел? Да так, настроение хорошее.
— На работе премию дали?
— Нет, пока не дали, – женщина засмеялась, и этот смех прозвучал как-то по-девичьи смущенно. – Просто погода хорошая. И вообще.
Артем нахмурился. Мать редко была в таком приподнятом состоянии. Обычно она возвращалась уставшей, молча готовила ужин, спрашивала про уроки и частенько засыпала перед телевизором. А тут...
— Понятно, – протянул школьник, откручивая крышку от бутылки с водой.
— Кстати, – Ирина отложила нож и вытерла руки полотенцем. – Я тут недавно встретила твоих одноклассников. Они мне сумки помогли донести. Антон, Дмитрий и Сергей. Оказались очень милыми ребятами. Мы немного поболтали.
Артем почувствовал, как по спине пробежал холодок. Антон? Димка? Сергей? Эти трое? Парнишка уже и забыл о том случае на контрольной, но в его голове сразу возник образ трех одноклассников-троешников, на которых он всегда смотрел с презрением.
— Мама, ты в курсе, кто они такие? – голос Артема прозвучал резче, немного истеричнее, чем он хотел.
Ирина Сергеевна насторожилась:
— А что такое? Они что, плохие?
— Плохие – не плохие, но... они не очень хорошо учатся. И вообще, они не из моего круга.
— Тема, – Ирина вздохнула, и в ее голосе впервые за много дней прозвучала знакомая нота усталости. - Не надо судить людей вот так сразу. Они были со мной очень вежливы и отзывчивы. Им просто, наверное, не дается математика так легко, как тебе. У каждого свои способности.
Артем фыркнул:
— Способности... Ладно, мама. Только не думай, что я могу подружиться с таким отребьем.
— Артем! Ну как ты можешь такое говорить? Они обычные парни, – женщина снова взялась за нож, но ее настроение уже было испорчено. Она чувствовала несправедливую колкость сына и защищала тех, кто проявил к ней простое человеческое внимание.
Артем ушел в свою комнату, чувствуя беспокойство, которое не мог объяснить. Почему эти трое вдруг стали крутиться вокруг его матери? Что им было от нее нужно?
Парень сел за компьютер, но не мог сосредоточиться. В голове крутились образы: ухмыляющееся лицо Антона, хитрющие глаза Димки, холодный взгляд Сергея.
И его мать, улыбающаяся им.
***
Тем временем план Антона набирал обороты. Через две недели после первой встречи парнишка вновь «случайно» встретил Ирину Сергеевну в парке. Она сидела на скамейке с книгой. Школьник подошел, поздоровался, спросил, не помешает ли, если присядет рядом.
Женщина сказала, что нет.
Они разговорились. О книгах (Антон, готовясь, наспех прогуглил пару современных авторов), о музыке, о том, как тяжело иногда бывает одной. Парень слушал, кивал, вставлял уместные реплики. Он заметил, что мать одноклассника смотрит на него все менее как на ребенка и все более как на собеседника. Ее взгляд задерживался на его лице дольше, Ирина смеялась над шутками школьника, иногда касалась его руки, чтобы подчеркнуть мысль. Каждое такое прикосновение - легкое и быстрое - отзывалось в парнишке вспышкой тепла.
Антоха рассказал, что родители вечно заняты, что ему не с кем поговорить по-настоящему. Ирина в ответ сочувственно кивала, и в ее глазах читалось понимание. Она и сама чувствовала то же самое: сын, запертый в своем мире образования, не был тем, с кем можно поделиться обычными, житейскими переживаниями, а среди коллег настоящей подругой Ирина не обзавелась.
Когда они прощались, женщина сказала:
— Знаешь, Антон, ты очень неглупый мальчик. И чуткий. Спасибо за беседу.
— Это вам спасибо, Ирина Сергеевна, – ответил школьник, и его улыбка была
Любимая игрушка Нади