— Хватит, — Тимур мягко отстранил её. — Ты кончишь меня раньше времени. Пойдём.
— Куда?
— В спальню. Там удобнее.
Она заколебалась. Из гостиной доносились звуки — её сестру всё ещё трахали, и Дмитрий всё ещё бегал с телефоном. Это было безумием. Это было неправильно. Но её тело уже не слушалось разума.
— Хорошо, — сказала она чуть слышно.
В спальне он медленно раздел её. Снимал блузку, расстёгивал джинсы, стягивал бельё. Она стояла, дрожа, прикрывая грудь и лобок, и никогда в жизни не чувствовала себя такой обнажённой, такой уязвимой.
— Красивая, — сказал Тимур, убирая её руки. — Не прячься.
Он уложил её на кровать и раздвинул ноги. Катя сжалась, но он не торопился. Поднял её колени к плечам — так, что она оказалась полностью раскрыта перед ним, — и приставил головку к входу.
— Смотри на меня, — сказал он.
И вошёл.
Медленно. Сантиметр за сантиметром. Катя закричала — не от боли, а от ощущения наполнения, которое было почти невыносимым. Такой огромный. Такой глубокий. Она чувствовала, как член раздвигает стенки влагалища, как головка упирается в шейку матки, как он идёт дальше, дальше, пока яйца не прижались к её ягодицам.
— Весь, — выдохнула она, не веря. — Он вошёл весь.
— Умница, — прошептал Тимур и начал двигаться.
Он трахал её ритмично, мощно, с каждым толчком ускоряясь. Кровать скрипела. Катя стонала, вцепившись в простыни, и мир вокруг растворился. Не было ни сестры, ни мужа, ни стыда — только этот член, который вбивался в неё, доставая до каких-то точек, о существовании которых она не подозревала.
Через десять минут она кончила.
Оргазм накрыл её, как лавина. Перед глазами взорвались звёзды, тело выгнулось дугой, из горла вырвался крик — громкий, неконтролируемый, животный. Душа улетела куда-то в потолок, и Катя на несколько секунд потеряла связь с реальностью.
Но Тимур не остановился. Он продолжал трахать её, жёстче, глубже, и когда она только начала приходить в себя, новый оргазм начал подниматься изнутри — ещё более мощный, ещё более разрушительный. Тимур зарычал, его член запульсировал, и горячая сперма хлынула в неё, заполняя всё влагалище.
Катя закричала опять. Этот второй оргазм был сильнее первого — тело билось в конвульсиях, пальцы рвали простыни, из глаз брызнули слёзы. Она кричала и кричала, не в силах остановиться.
Дверь спальни распахнулась.
На пороге стоял Дмитрий с телефоном в вытянутой руке. Камера всё ещё работала, красная лампочка горела. Он смотрел на них — на Катю с разведёнными ногами, всё ещё бьющуюся в оргазме, на Тимура, чей член выходил из её растянутого, покрасневшего влагалища. Сперма вытекала на простыни, влагалище зияло открытой, влажной раной, и этот вид был настолько интимным, насколько возможно.
Катя заметила его и дёрнулась.
— Выключи! — закричала она, прикрывая лицо руками. — Выключи, я сказала!
Дмитрий опустил телефон, но съёмка продолжалась — он забыл нажать «стоп». Тимур, тяжело дыша, сел на край кровати. Его член всё ещё стоял, блестящий от их общих соков.
— Извини, — пробормотал Дмитрий.
— Выйди! — Катя швырнула в него подушкой. — Выйди сейчас же!
Он попятился и закрыл дверь. Катя осталась лежать на кровати, голая, растрёпанная, с разведёнными бёдрами, между которых всё ещё текло чужое семя. Стыд накрыл её с головой, но вместе со стыдом пришло и странное, тёмное удовлетворение. Она получила то, о чём её тело кричало годами. И она знала: это только начало.
Стюардесса по имени Жанна