— сказала Гендальфиня. — Сидел над тобой три ночи. Ещё чуть-чуть, и было бы поздно. Тебе очень повезло. — А сила анального кольца?.. — спросила я тихо.
И прислушалась к себе. И почувствовала: там, в глубине, где-то в самой попке, тихонько, сонно, но вполне отчётливо снова гудело. Тёплое. Золотое. Живое.
Я сама не ожидала, как обрадуюсь.
Гендальфиня увидела моё лицо и долго молчала. — Вот это-то меня и пугает, Фрида, — сказала она наконец.
В дверь постучали, и в комнату ввалились все трое. Сэм первым, растолкав остальных, кинулся к кровати, упал на колени и схватил меня за руку. — Госпожа Фрида! Вы проснулись! Я каждый день сидел! Каждый! — Он правда каждый день сидел, — подтвердил Мэрри. — Даже когда эльфийки звали нас купаться в водопаде. — А они звали, — мечтательно добавил Пиппин. — Голые. — Я не пошёл, — гордо сказал Сэм. — Ни разу, — кивнул Мэрри. — Он идиот, — вздохнул Пиппин.
Я засмеялась и притянула Сэма к себе, обняв за шею. И поцеловала его в щёку. Он стал цвета варёного рака и замер, боясь пошевелиться.
— Ты лучший друг на свете, Сэм. — Друг, — повторил он грустно, но улыбнулся.
Гендальфиня поднялась и надела шляпу. — Отдыхай, Фрида. Завтра Элронд созывает Совет. Будут эльфы, гномы, люди. Будут решать, что делать с тобой. И с твоей попкой. — Моей попкой будет заниматься совет? — переспросила я. — Всё Средиземье, Фрида, — сказала волшебница уже от двери. — Твоей попкой теперь занимается всё Средиземье.
Ночь