рычал. Только дышал и двигался. Я поймала себя на том, что засмотрелась. Не на неё. На него. На то, как он трахает. Как его тело работает. Как он весь отдаётся этому. Механически, но красиво, я никогда не думала, что можно так. Без злобы. Без эмоций.
Его член на секунду выскользнул из неё. Мокрый и блестящий, я тоже вытащила свои пальцы из её дырки. Она выдохнула опустошенно, а я взяла его член в руку. Он такой мощный и твёрдый. Пульсирующий. Плюнула несколько раз прямо на головку, слюна потекла по стволу. Я подвела его к её заднему входу и надавила. Он не сразу вошёл, но я направляла, чувствовала, как головка упирается, анус лениво сопротивляется. Потом поддаётся. Я смотрела, головка раздвигает её зад. Медленно. Сантиметр за сантиметром, её лицо удивлённое, испачканное в сперме. Впервые она задержала дыхание на секунду может, больше, когда он стал входить в её задницу. Он зашёл на треть и она выгнулась, вжалась в спинку, но не вскрикнула. И он начал двигаться раздвигая её изнутри. Я схватила его за яйца, сжала, парень застонал и начал кончать в нее. Двигаться и кончать, я чувствовала, как сокращаются его яички под моими пальцами. Толчок. Ещё толчок. Он уже вколотил в неё наполовину. Ещё пару залпов спермы и он зашёл почти полностью. Я отпустила его яйца. Он сделал ещё пару движений дерганых глубоких, потом вышел из нее. Адель осталась лежать разбитая мокрая наполненная, сперма вытекает из неё.
Член Гриши или так и не опал или снова встал после такого зрелища. На нём ещё блестели капли спермы. Он подошёл к её лицу. Молча приподнял ее голову. Вставил ей в рот несколько раз, заставил высосать всё. До капли, она не сопротивлялась. Я встала и посмотрела на неё, на Алекса, на Гришу. Никто не сказал ни слова. Мы просто ушли — молча, в холодную тихую ночь.
Я шла домой. Одна. Ноги не слушались. Руки тряслись. Не от холода. От чего-то другого. Я думала о том, что произошло. О том, как держала её. Как насаживала. Как чувствовала власть. И справедливость. Я думала о том, что теперь знаю и терялась в мыслях. Про коробки. Про заводы. Про Марка. Про неизвестный гараж и топливо. Я знала всё. Почти всё. Осталось найти Марка. Но зачем? Или Клещ если узнает правду... Алекс оправдается. Анна поправится. Всё встанет на свои места. Или не встанет? Или оно так не работает? Посмотрим.
Я зашла в дом упала на кровать и закрыла глаза.Перед глазами все еще её лицо испачканное в сперме. И его задница. Голая напряжённая механически вколачивающая как метроном. Я не знала, что чувствую. Может, ничего. Может, всё сразу. Я устала. Очень устала. Но я ещё дышу.
Я Юнона. И завтра будет новый день. Новый голод. Новое желание. Но сегодня я победила.
Галина Петровна