десять в комнате стоял лишь дружный стук вилок. Мы молча и жадно уплетали нехитрые припасы, усиленно заедая колоссальный стресс, пережитый за этот безумный хэллоуинский вечер. Но пока мои челюсти работали, мысли были заняты совершенно другим. В голове крутился один навязчивый вопрос: выйдет ли он из душа без своего вечного мрачного балахона? Сможем ли мы наконец во всех деталях разглядеть, что прячется под этой обугленной тканью?
Неожиданно старая дверь скрипнула, и из коридора донёсся уже знакомый, тяжёлый цокот. Мы все рефлекторно обернулись к проёму — кроме Марка, разумеется. Наш пират-недотёпа по-прежнему оставался единственным, кто до сих пор не догадался, что делит кров с настоящим монстром. «Ох, и знатный же сюрприз его сейчас ждёт, — пронеслось у меня в мыслях. — Марк, конечно, парень славный, но временами редкостный тугодум». Мы с Лекси уставились на вход молниеносно, затаив дыхание. Похоже, у моей подруги в этот миг в голове крутились ровно те же шальные мысли.
Но, боже, такого сильного разочарования я не испытывала уже очень давно! Из наших с Лекси грудей одновременно вырвался тяжёлый, полный досады вздох. Блин... Он опять натянул этот чёртов балахон! А мне так отчаянно хотелось увидеть его обнажённое, нечеловеческое тело.
Томми прошагал вперёд и снова сел за стол, замыкая наш круг. Ну наконец-то. Наконец настало время сорвать все покровы и согнать интригу, которая уже давила на сознание невыносимой тревогой. Я первая не выдержала этой давящей тишины:
— Томми, ты наконец объяснишь, что здесь, чёрт возьми, происходит? Кто ты такой на самом деле? Откуда взялись эти ходячие трупы? И в какое жуткое болото мы все из-за Лекси залезли?
Услышав мой наезд, Марк замер с набитым ртом и удивлённо уставился на меня с немым вопросом на лице. Его взгляд буквально кричал: «Сьюз, ты сдурела? При чём тут вообще Томми?» Мы с Лекси коротко переглянулись и прыснули в кулаки.
— Томми, я тебя очень прошу, — ехидно протянула я, откидываясь на спинку стула. — Покажи, пожалуйста, Марку, как именно ты умеешь виртуозно двигать своими... отростками. А то он отстаёт от программы.
Томми намёк понял мгновенно. Одним молниеносным, неуловимым для человеческого глаза движением длинное блестящее щупальце выскользнуло из прорези балахона, с шелестом пронеслось по воздуху, открыло дверцу шкафа и извлекло оттуда ещё одну свежую буханку хлеба. Отросток плавно опустил её на стол прямо перед самым носом Марка, веером покачав кончиком в паре сантиметров от его лица.
От такого зрелища наш бесстрашный защитник подпрыгнул на месте вместе со своим табуретом, едва не перевернув содовую. Вилка в его руке дёрнулась и со звоном упала на стол. Глаза Марка округлились до размеров хэллоуинских тыкв.
— Боже мой!.. Чёрт побери! Срань господня, это ещё что за херня?! — ошарашенно взвыл он, судорожно переводя взгляд с шевелящегося каната на невозмутимого Томми, а затем на нас.
— Сядь, Маркуша, не ори, — Лекси ласково похлопала своего парня по испачканному плечу, сияя улыбкой до ушей. — Всё в полном порядке, мы со Сьюзи уже давно в курсе. Расслабься и ешь хлеб. Сейчас наш демон нам всё подробно объяснит.
Томми набрал полную грудь воздуха, медленно выдохнул и начал свой рассказ. Голос его был глухим, вибрирующим — но теперь в нём отчётливо слышалась вековая, давящая усталость.
— Слушайте внимательно. Вы ведь знаете, что Хэллоуин зародился больше двух тысяч лет назад у кельтских племён — на территории современных Ирландии, Англии и Северной Франции. Они делили год на два сезона, лето и зиму, и отмечали Самайн в ночь с тридцать первого октября на первое ноября. По их
эксперемент