пугало её больше всего остального. Она сжимала бедра, пытаясь подавить это ощущение, но оно только усиливалось.
— Боже... — прошептала она. — Что они делают... Что происходит... Я ничего не понимаю...
Она была на распутье, застывшая в пограничном состоянии между отвращением и влечением. И чаша весов под тяжестью стадного инстинкта, постепенно клонилась в сторону манящего грехопадения.
6 октября 2017 года, 18:15
Бассейн. Ритуал посвящения.
Две пары, Ярослава с Исламом и Лена с Муслимом, двигались в отлаженном темпе. Над бассейном разносились стоны девушек, вырывающиеся из глубин их глоток.
Их тела блестели от воды и пота, сливаясь в шевелящуюся массу плоти. Лица всех четырёх то и дело озарялись вспышками низменного, физиологического удовольствия.
Взгляд Ярославы наткнулся на Лизу, застывшую на шезлонге. Она сидела поджав ноги. Её испуганные глаза были прикованы к происходящему. Внутри неё шла настоящая борьба между моральными принципами и внезапным физическим возбуждением.
— Лиз, — голос Ярославы прозвучал приглушенно, сквозь занятый рот, но при этом поразительно отчётливо. Он вывел Лизу из транса. — А ты сосала когда-нибудь?
Лиза вздрогнула всем телом, словно её ударили по лицу. Она открыла рот, чтобы ответить, но слова застряли в горле.
— Нет... — раздался в ответ её слабый писк. — Вы что? Конечно нет...
— А хочешь пососать? — вступила Лена, на миг оторвавшись от Муслима с громким чмоканьем.
— Нет! Не хочу! — Лиза потупила взгляд, чувствуя, как по щекам разливается жгучий румянец стыда.
— Ну, хочешь же, — с уверенностью констатировала Ярослава, растянув губы в безжалостную улыбку. — Я по глазам вижу. Они у тебя голодные. Ты смотришь, как мы это делаем, и твоё личико говорит само за себя. Ты хочешь попробовать, но боишься, что потом не сможешь остановиться.
— Нет! Я не такая! — вырвалось у Лизы. Это был отчаянный крик юной души. Попытка отгородиться от разврата, в который её пытались втянуть подруги.
Наступила зловещая тишина, нарушаемая лишь удовлетворенным дыханием мужчин. Затем Ярослава оставила Ислама. Её взгляд вдруг стал острым и жестоким.
— Что значит «не такая»? — она намеренно сделала ударение на последнем слове. — Ты типа лучше нас? Чище? Ты типа не блядь. — Она сделала театральную паузу, наслаждаясь эффектом. — То есть... ты нас, своих подруг, сейчас блядьми назвала? Лично меня? — Она коснулась пальцем своей груди, изображая смертельную обиду.
Лена фыркнула, сдержав смех. Она испытала радость, что Ярослава поставила Лизу на место.
Две подруги по минету переглянулись, и между ними пробежало мгновенное соглашение, понятное без слов. Поддавшись искушению, они захотели затянуть в пучину разврата и последнюю свою подругу.
— Давай проучим эту кисейную девственницу, — с усмешкой, полной презрения, бросила Ярослава.
Они резко вскочили, и Лиза, увидев их приближение, попыталась отшатнуться, но было поздно.
Они схватили её за тонкие руки. Ярослава оказалась на удивление сильной. Лена была не так сильна, но действовала ещё грубее. Их ладони как стальные клещи, впились в запястья Лизы.
Её оторвали от шезлонга и, протащив по скользкой плитке, с силой поставили на колени перед Муслимом. Лиза посмотрела на мощный член Муслима, и почувствовала, как страх проникает в каждую её клетку.
— Давай, соси, «не такая»! — скомандовала Лена, с силой надавив ей на плечи, и заставляя согнуться ещё ниже. Её голос звенел от возбуждения и жажды унизить свою чистенькую подругу.
— Не буду! Отстаньте! — взвизгнула Лиза, отчаянно сопротивляясь. Она выгибалась изо всех сил, пытаясь увернуться от члена перед её лицом. Она плотно стиснула зубы, так что челюсти едва не свело судорогой. На глазах выступили слезы бессильной ярости.