Она выписывала неумелые, полные детского старания круги и линии. То у самого основания головки, то по стволу, чувствуя под языком бархатистую кожу.
— Вот так, умничка, хорошая девочка, — одобрительно прорычал Муслим, и его похвала сработала на неё сильнее любого принуждения или угрозы. Сердце девочки учащенно забилось от странной гордости. Она не понимала почему, но слышать, что она молодец, было приятно.
— Теперь глотай. Потихоньку, не торопись, дай горлышку привыкнуть. Оближи сначала головку... вот так... молодец... а теперь заглатывай, глубже. Да, милая, именно так. Ты прекрасная ученица.
Она приоткрыла свои мягкие губы чуть шире. Упругая, как полированный камень, головка скользнула ей в рот, заполняя его своим теплом. Челюсти слегка напряглись, губы сомкнулись вокруг ствола, образуя плотное кольцо. Лиза впервые в жизни испытала шокирующее ощущение полной заполненности.
Однако это не испугало её. Теперь её захватило странное чувство предвкушения перед погружением в ещё более интригующие, тёмные глубины разврата. Она сглотнула, чувствуя, как мышцы горла непроизвольно сжимаются, приспосабливаясь к этому инородному объекту.
Ярослава присела на корточки рядом, чтобы видеть лицо Лизы.
— Молодец, Лиза. Ты быстро учишься, — сказала она. — Смотри на меня, милая. — Лиза, всё ещё с членом во рту, подняла на неё глаза. Ярослава улыбнулась ей. — Ты сейчас делаешь это правильно. Дыши через нос. Вот так. — Она показала, как надо вдыхать, и Лиза, сама не замечая, повторила за ней. — И двигай головой. Немного. Вперёд-назад. Не надо глубоко, если не можешь. Просто привыкай.
Лиза, послушная, как ребёнок, начала двигать головой. Её движения были неуклюжими, слишком резкими. Она ещё не чувствовала ритма, но очень старалась.
Муслим тихо застонал. Он откинул голову назад и закрыл глаза. Потом слегка надавил на её затылок.
— У тебя хорошо получается, — прошептал он. — Правда, хорошо. — Он открыл глаза и посмотрел на неё сверху вниз. Его взгляд был удовлетворённым и тёплым.
— Теперь глубже, девочка... потихоньку, — сказал Муслим. Он направил её голову, и Лиза почувствовала, как член входит глубже, касаясь горла. Она чуть не поперхнулась, но Муслим не стал давить дальше. — Тихо, тихо. Не торопись. Вот... видишь? Он не кусается. Он хочет твоей ласки.
И правда, член в её ротике откликался ритмичной пульсацией на каждое её неуверенное движение, словно разговаривал с ней.
Ободрённая этой ответной реакцией, Лиза уже по собственной воле начала двигать головой. Сначала она делала это осторожно, с малой амплитудой, пытаясь нащупать приемлемую глубину. Твёрдый член скользил по её нёбу и языку.
Потом, найдя нужный ритм, она стала двигать головой увереннее. Скорость и амплитуда её движений росли с каждым мгновением, подчиняясь какому-то внутреннему, проснувшемуся внутри неё зову. Лиза вошла во вкус.
Это был вкус женской власти над мужчиной. Власти дарить удовольствие и наконец-то понять, чего от неё хотят, и превзойти все ожидания.
Она подняла на Муслима свои вопрошающие глаза. Ей снова захотелось услышать его одобрение. Подтверждение, что она всё делает правильно.
— Да, да, милая, ты хорошая ученица, — прошептал Муслим с такой невероятной нежностью, что это сразило Лизу наповал. Она почувствовала, как у неё закружилась голова от новой волны возбуждения, окатившей её тело.
Это было именно то, чего она хотела. Муслим подобрал к ней нужный ключик, открывший последний замок. Лиза снова погрузилась в процесс, и теперь её минет был не хуже, чем у Ярославы и Лены. Она заглатывала также глубоко, почти до самого горла. Язык энергично выписывал на члене замысловатые узоры, доставляя Муслиму неподдельное наслаждение.
Начальница-4