вверх-вниз, создавая ритмичные звуки. Жар тела усиливался, влага между ног становилась почти невыносимой. Соски затвердели под купальником.
В этот момент к ним приблизился Муслим. Он молча и властно спустил свои чёрные плавки, обнажив мощный, густо покрытый тёмными волосами член. Он уже стоял и по толщине превосходил орган Ислама. Лена, не выпуская изо рта член Ислама, скосила на него глаза, и от вида второго члена у неё всё сжалось внутри.
— Нечего толпиться в очереди, девочки, — прозвучал хриплый от сигарет голос Муслима. — Нас на всех хватит.
Он взял Лену за затылок, схватив её за волосы. Оторвал её от Ислама и направил её голову к своему возбуждённому члену.
Лена, не сопротивлялась. С той же циничной ухмылкой она переключилась на него. Как только новый член коснулся её губ, она открыла рот. Губы, ещё блестящие от работы на члене Ислама, без промедления обхватили более толстую плоть. Он был другим, грубее, но таким же приятным на вкус.
Теперь картина была завершённой, словно тщательно выстроенная мизансцена в театре абсурда. Ярослава, вернулась к Исламу, жадно припав ртом к его члену. Лена, с тем же рвением продолжила обслуживать Муслима.
Девушки стояли на коленях перед двумя братьями, и постепенно их покачивания головой на членах парней приобрели синхронность. Под аккомпанемент влажных звуков группового минета, между ними, как ни в чём не бывало, завязался обыденный диалог подруг.
— Так значит, ты с деревенскими... — переспросила Ярослава, отрываясь от члена Ислама, чтобы сглотнуть слюну и сделать вдох.
— Троим, — простонала Лена, её слова искажались и прерывались ритмичными движениями головы. — Там пацаны пригласили меня покататься на машине. А потом... ну, ты поняла...
Ярослава весело засмеялась. Она снова взяла член Ислама в рот, но через мгновение оторвалась, чтобы продолжить разговор.
— И ты сосала им всем? Прямо в деревне? — спросила она.
Ярослава, наблюдая за подругой, чувствовала, как внутри неё разгорается новая волна возбуждения. Она снова взяла член Ислама в рот, и её движения стали более агрессивными. Ей хотелось доказать, что она не хуже Лены.
Ислам откинул голову назад и застонал. Ярослава виртуозно работала ртом на его члене, и это было именно то, чего он хотел.
— Ага, — ответила Лена, и её голос был полон гордости. — А ты? С Исламом? В ту самую ночь.
— Да... на той вечеринке, — заявила Ярослава и улыбнулась подруге. — Всю ночь меня трахал. Он стал моим первым.
— Повезло тебе, — с искренней завистью выдохнула Лена, ненадолго отрываясь, чтобы посмотреть на Ислама благоговейным взглядом. — Он... он просто бог. А Муслим... ты как скала.
Муслим сжал её волосы и снова направил член в её рот, заставив замолчать.
Тем временем Лиза на шезлонге, вжалась в него, словно пыталась раствориться и исчезнуть. Её сердце колотилось от волнения, выпрыгивая наружу.
Ей было противно до тошноты. Мысли о том, что скажут родители, что будет завтра, вихрем проносились в её перегретой голове. Она хотела встать и убежать, но её тело было сковано невидимыми цепями страха и чего-то ещё.
Был и другой импульс. Он щекотал низ её живота, заставляя кровь пульсировать в самых потаённых местах. Она не могла оторвать взгляд от сцены, разворачивавшейся перед ней.
Вид её подруг, этих невинных, как ей казалось, чистых девочек, ублажающих мужские члены, вызывал в ней сладкую истому. Лизе казалось, что она наблюдает, как перед ней срывают покровы какой-то тайны. Это был ритуал посвящения в иной, грязный и пугающе манящий мир.
Её тело начало откликаться на это шокирующее зрелище, и это неожиданное возбуждение
Банька от души