И знаешь... — начала она, мечтательно глядя в небо. — Я не против, чтобы ты дружил... с этим... ммм... мальчиком. Он... научит тебя быть мужчиной. — Она поправила ворот плаща. — Я даже не против, если он иногда будет приходить к тебе... в гости.
Они пошли дальше, два молчаливых сообщника. Теперь у них был секрет о том, как мать стала шлюхой на глазах у сына.
3 ноября 2017 года, 7:00
Парк на Стартовой. Холодное утро.
Низкие тучи затянули небо. Андрей стоял под одним из клёнов. Руки он засунул в карманы куртки, но это не спасало от пронизывающего холода. Внутри него бушевала своя личная буря.
Он увидел приближающуюся фигуру Ислама. Тот бежал своей обычной походкой, словно непогода была ему нипочем. Это взбесило Андрея еще сильнее.
Ислам, подбежав, сбросил темп и перешел на шаг. Их взгляды встретились.
— Ну что, бежим? — спросил он, как ни в чем не бывало.
— Нет, — отрезал Андрей, его голос прозвучал неестественно громко. — Не побежим. Нам нужно поговорить.
Ислам остановился в паре шагов.
— Говори. Что случилось? Опять за учебу переживаешь?
— Не валяй дурака! — взорвался Андрей, делая шаг вперед. Он сжал ладони в карманах в кулаки. — Ты прекрасно знаешь, о ком! О Ярославе!
На лице Ислама промелькнуло раздражение.
— А, это. Ну и что с ней?
— Она теперь твоя, да? — выпалил Андрей, чувствуя, как жгучая смесь ревности и обиды подступает к горлу. — Твоя девушка? После всего... вы теперь вместе?
Наступила пауза. Мелкий, моросящий дождь зашуршал по листьям. И затем Ислам рассмеялся. Это был резкий, презрительный смех.
— Девушка? — переспросил Ислам, глядя на Андрея с откровенным пренебрежением.
— Андрей, ты совсем отстал от жизни. Она не моя «девушка». Ярослава моя подстилка. Шлюха. Понимаешь разницу? Она обслуживает меня и моих друзей. И делает это с большим удовольствием.
Для Андрея это грубое откровение стало молотом, разбивающим в дребезги последние остатки иллюзий.
Он видел перемену в Ярославе, слышал слухи, но услышать это напрямую, так цинично и уверенно... это было иным уровнем боли.
С криком, в котором смешалась вся накопившаяся ярость и отчаяние, Андрей бросился на Ислама.
Драка была яростной и беспощадной. Андрей, движимый слепой яростью, бил что было сил. Ислам парировал и отвечал такими же точными и жесткими ударами.
Они повалились на мокрую землю, в грязь, месили друг друга, хрипели и рычали как звери.
Ничья.
Оба поднялись, запыхавшиеся, в грязи, с рассеченными бровями и кровоподтеками.
Андрей, отплевываясь кровью, с ненавистью глядел на Ислама. Тот, вытирая рукавом кровь с губы, смотрел на него с тем же пренебрежением.
— Между нами всё кончено, — прохрипел Андрей. — Ты не человек. Ты тварь.
— Как скажешь, — пожал плечами Ислам, его грудь тяжело вздымалась, но в глазах не было ни злобы, ни сожаления. С его точки зрения, эта стычка была совершенно бессмысленна. — Бегали бы лучше. Полезнее.
Он развернулся и, прихрамывая, побежал прочь, оставив Андрея одного под холодным дождем.
Ислам удалялся, и с каждым шагом ощущал облегчение. Дождь, стекающий по его лицу, смывал с него последние следы притворства.
Маска, которую он носил все эти дни, наконец, была ему не нужна. Больше не нужно было терпеть глупые шутки Андрея, изображать его приятеля и делать вид, что их что-то связывает.
Эта дружба с самого начала была тактическим ходом. Андрей был ключом к Ярославе. И теперь, когда дверь распахнута, ключ можно было выбросить.
Он не оглядывался. Впереди, в теплом свете особняка, его ждала Ярослава, уже принадлежащая ему.
И по сравнению с этим, грязная потасовка под дождем казалась лишь незначительным эпизодом. Эту страницу
Вьюга