— Так дело не пойдёт! Придётся использовать спецсредства, — с этими словами я встал и подошёл к письменному столу. Открыв ящик, достал тюбик. — Это специальный гель, лубрикант, я обычно применяю его для других дырочек, но и в этом случае сгодится. А пока, Москалёва и ты, Лаптева, поласкайте его, подготовьте для своей подруги!
Грея тюбик в руке, я подошёл к ученицам и, распахнув халат, глазами показал на свой ещё поникший член. Вытянув руки, надавил на их плечи, вынуждая опуститься. Наташа, улыбнувшись, задорно посмотрела на Ксюшу и приподняла член учителя. Раскрыв ротик, она стала смачно посасывать. Ксюша, высунув язычок, помогала ей, скользя губами и языком по стволу. Когда она выпустила, мой член был в рабочем состоянии. Его головку тут же вобрал ротик Ксюши. Несколько минут подруги сосали член, передавая друг другу, губами ласкали волосатые яички, поглаживая руками мои крепкие ягодицы. Через несколько минут от такой двойной ласки я заметно возбудился и тяжело дышал.
— Довольно! — неохотно оторвал девушек от члена. — Теперь помогите мне. Москалёва, оттягивай одну ногу, а ты, Лаптева, другую!
Порядком возбуждённые подруги поднялись с колен и встали с разных сторон от лежащей на стопке матов Кати. Послушно взяв подругу за икры ног, они с силой развели их в стороны. Катя ещё сильнее прикрыла рукой промежность. Сжав зубы и закрыв глаза, она вся тряслась от страха. Я выдавил на левую ладонь немного бесцветного геля, а правой с силой отвёл руку Кати и, плеснув гелем в щёлку, стал пальцами размазывать. Катя от страха онемела. Скинув на пол халат, я взобрался между разведённых ног на тело девушки, рукой подвёл вздыбленный член к входу девственного влагалища и, не медля, вогнал его на всю длину. Катя сильно содрогнулась всем телом и дико закричала. Так громко, что мне пришлось прикрыть ладонью её рот, приглушая звук. Иванова стала третьей целочкой, которую порвал я. В пятьдесят лет лишить девственности сразу трёх девушек за одну неделю! В душе я аж загордился!
— Всё! Тише! Успокойся! Больше больно не будет! — встав с девушки, я стал вытирать полотенцем капельки крови со своего члена. — Вот если бы расслабилась, то намного легче было. Но теперь всё позади, вставай!
— Всё? Больше точно больно не будет? — раскрыв глаза, недоверчиво спросила Катя. Она приподнялась на матах, испуганно оглядывая комнату, словно кабинет стоматолога.
— Не будет... не будет... — доверительно произнёс я. — Туда не буду, подождём следующего раза... пусть заживёт... а вот в ротик можно и сейчас... там же не было больно? Поблагодари доктора!
Я лёг рядом с Катей спиной на маты, выставив вверх свой напряжённый член. Девушка даже не успела осознать сказанное, как моя рука за затылок повелительно прижала её рот к члену. Катя, благодарная, что боль позади, без сопротивления начала ласкать мужскую игрушку.
Сразу было видно — ей приятно ласкать сделавший её женщиной член. Она была так увлечена новым занятием, что не заметила происходящих изменений. Я громко засопел, потом застонал и выплеснул сперму, громко рыча. Она не отстранилась, а наоборот, с удовольствием глотала моё семя. Катя выпустила член, из уголков пухлых губ потекли тонкие ручейки. Она с гордостью посмотрела на меня. Я, ошеломлённый нежданным поступком девушки, изумлённо смотрел на Катю.
— Молодец, Иванова! Не ожидал! Ублажила! — сказал я, благодарно целуя в солоноватые губы. — Учитесь у подруги!
— Блин! Нам пора! — испуганно вскрикнула Наташа, посмотрев на настенные часы. — Через десять минут мой папа заедет за нами... за гимнастками! Мы родителям сказали,
Майк и Джейн