Я уже помылся, а вы в душ, помыться, не забудьте смыть краску с мордашек, и в мою каморку, вон в ту дверь, я вас там буду ждать! — показав на дверь, спокойно, но властно сказал я. — Полотенчиками обернётесь и сюда, да, и вещи свои с собой прихватите, чтоб не спалиться!
Девчонки молча отправились в раздевалку.
Через пятнадцать минут школьницы, закутанные в полотенца, держа в руках одежду, вошли в мою подсобку.
Я уже переоделся и был в чёрном атласном халате, в котором обычно выходят боксёры на ринг. Раскинувшись в кресле, я любовался тремя нимфами, обмотанными в белые полотенца от подмышек до бёдер.
— Так, детки, помылись? Не стесняйтесь, снимайте свои шкурки! Здесь тепло, я включил радиаторы — буднично велел я, спокойной твёрдостью подчиняя школьниц своей воле.
Наташе было легче — она уже прошла эту преграду, а вот её подругам было труднее. Она первая решительно сбросила с себя полотенце. Ладненькие изящные ножки, неширокие бёдра с тонюсенькой талией и красивой формы развитые груди с небольшими пуговками сосков были встречены мной улыбкой и одобрительным кивком. Но Наташу я уже видел, меня больше интересовали её подруги.
Я в ожидании смотрел на них. Ксения, чуть помявшись, последовала за подругой — развела руки, и влажное полотенце свалилось к её ногам. Передо мной раскрылась совсем другая красота девичьего тела. Гармоничная, изумительно пропорционально сложенная, словно лань, высокая и длинноногая, со значительной грудью, колоритная блондинка Ксения отличалась красотой даже среди своих очень привлекательных подружек. Я уже давно приметил развитую красоту ученицы Москалёвой, а тут такой подарок. Две подруги были наги, а третья смущённо стояла в нерешительности.
— Так, кто тут тормозит? Наверно, кто-то совсем маленький и хочет домой к мамочке! — строго изрёк я.
Катя, ещё помедлив, тяжело вздохнула и отпустила ткань, которая соскользнула на пол вслед за предыдущими полотенцами. Тут же одной рукой прикрыла лобок, а другой закрыла грудь. Скрыть размеры её грудей одной или даже двух рук едва хватило бы. Невысокая, с гитарообразными бёдрами, с тонкой талией под тяжёлыми налитыми, почти пятого размера сиськами, Катя была олицетворением женственной сексуальности. Я аж ахнул, увидев эту красоту. Развалившись в кресле, не мог оторвать глаз от этой картины. Три девушки из числа самых красивых старшеклассниц нашей школы стояли голенькими в ожидании того, что будет дальше. Я пытался выглядеть безмятежным и холодным, хотя внутри всё кипело. Молчание и бездействие затянулись.
— Ну что ж, детки, приступим... к тренировкам! — прервал молчание я. — Сначала Наташа покажет, как усвоила прошлый урок, а вы смотрите и учитесь!
Я, сидя в кресле, развёл полы боксёрского халата, явив наружу уже вздыбленный вверх член. Все три девушки внимательно и изучающе глядели на внушительные размеры органа. Судя по их лицам, Катя и Ксения впервые вживую видели эту мужскую часть, да и Наташа увидела это вживую только позавчера.
— Садись у меня тут... у ног... и возьми в рот, как я тебя учил! — глядя на Наташу, сказал я, пошире раздвинув ноги.
Наташа сделала несколько босых шагов, приблизилась к креслу и уселась коленками на пол между моих ног. Протянув руку, взяла ладошкой за ствол. Пригнув голову, она, как заправская минетчица, обхватила своими губками розовую головку члена и стала бережно посасывать. Она даже, как в порнофильмах, начала ласкать языком, облизывать и щекотать. Она считала себя сейчас самой опытной из подруг, и ей хотелось показать это им и учителю.
— Молодец, детка! Пятёрка! — довольно произнёс я. — А теперь ты! — взглянул в напряжённые, широко раскрытые голубые глаза Ксюши.
Для тех кто поймёт...