Братья тем временем несли Лейлу в её покои. Она была в прострации, её ноги были раздвинуты, а золотая пробка блестела в свете ламп. Дамы, провожая их, шутливо салютовали ей, восхищаясь её самоотверженностью.
В её спальне, когда двери закрылись, Джемаль и Мехмед прижали её к матрасу.
— Ты сделала это, мама, — прошептал Джемаль, целуя её в губы.
— Теперь ты принадлежишь нам официально, — добавил Мехмед, прижимаясь к её боку.
Они легли с ней втроем. Мехмед сзади, прижимая её бедра к себе, а Джемаль спереди, его рука снова нашла её наголую, пульсирующую плоть, готовая к новым подвигам. В эту ночь Стамбул праздновал рождение новой, нерушимой силы.
Вызываеть антирес.(Написан в момент переписки с участницами телешоу)