удаленного объекта и, завершив там работу, направились ко второму. Было чуть больше полудня, когда мы прибыли на вторую станцию, и перед началом работы сделали перерыв на обед. Наши бутерброды и безалкогольные напитки были в переносном холодильнике, прикрепленному к ее квадроциклу, и она принесла его. День выдался жарким, и мы оба скинули свои рубашки с длинными рукавами, я остался в футболке, а она в трикотажной майке, которая очень выигрышно обтягивала ее высокую округлую грудь. Я старался не замечать, как от прохладного ветерка у нее напряглись соски, и, как обычно, у меня ничего не вышло.
Она потянулась, что не помогло, и застонала, почувствовав, как растянулись затекшие мышцы:
— М-м-м, черт! На таких штуках весело кататься, но через некоторое время они тебя изрядно выматывают.
Я повел плечами, расслабляясь:
— Радуйся, что ты не моего возраста. Я всё время слышу скрип и щелканье.
Она рассмеялась:
— Да какой же ты старый? Ты, наверное, лет на девять или десять старше меня? Адам, держись молодцом, а то я отниму у тебя шляпу.
На мне был Стетсон, я хотел, чтобы широкие поля лучше защищали от солнца. На ней была бейсболка с красным номером Кардиналз, которая прикрывала глаза и нос, и с короткой прической она выглядела в ней очень мило. Она сняла ее и бросила на землю, приглаживая волосы, которые, как и мои, были немного влажными от пота.
Я тоже сбросил шляпу, присел на плоский камень в тени и взял протянутый ею бутерброд и холодную пепси. Некоторое время мы ели молча, я любовался ее профилем, когда она смотрела на невысокие холмы, заросшие полынью, а ее взгляд следил за небольшим стадом антилоп, пасущихся примерно в четырёхстах метров от нас.
— Здесь так красиво. Я люблю эти места, такие открытые и просторные, — сказала она и, повернувшись, поймала мой взгляд на себе. Она улыбнулась и, склонив голову набок, спросила: — Ты рассматривал меня?
— Прости. Ты очень красивая девушка, и приятно смотреть на тебя. Надеюсь, ты не против?
— Вовсе нет, это приятный комплимент. Но я же женщина, Адам, а не девушка, — она снова посмотрела на антилоп. — Как жаль, что я не взяла с собой шорты, становится жарко, и я могла бы позагорать.
— Ты бы изранилась, проезжая через заросли.
— Я знаю, что это не для езды, а только когда сидеть здесь и работать с оборудованием.
Я слегка дерзко поддразнил ее:
— Мы взрослые, ты можешь раздеться до нижнего белья во время работы, если хочешь. Думаю, я с этим справлюсь.
Она снова рассмеялась:
— Уверена, что ты смог бы! И я бы, наверное, согласилась с тобой на это, если бы на мне было что-нибудь надето.
Это заставило меня замолчать, затем заикаться и, наверное, покраснеть.
— Ох. Ну что ж. Да, я думаю, это все усложняет. Забудь, что я сказал.
Она снова рассмеялась:
— Ты такой забавный, так реагируешь на разные вещи. Это мило. Ты знаешь, это первый раз, когда ты так надо мной подшучиваешь? Ты и Тони – единственные, кто ко мне не приставал за всё время, что я здесь, и Тони – гей. А ты нет, правда?
— Да, я не гей. Но у меня был кое-кто особенный в жизни, и тебе и так досталось от других парней. Подожди, ты думаешь, Тони гей?
Она уловила прошедшее время:
— У тебя был кто-то особенный? А теперь нет? —проигнорировала она мой вопрос о Тони.
Я пожал плечами.
— Это сложно. Прямо сейчас я не знаю, так что давай на этом остановимся. И я, вправду, не пытался к тебе подкатить, просто поддразнивал. Хотя, раз уж
Кристи после школы-3