куртки, щёлкнул замок. Я неожиданно заметила, что сижу слишком прямо, а пальцы так крепко обхватили бокал, что побелели.
Первым я увидела его. Высокий — чуть выше Паши, ладный, поджарый. Голубые джинсы, простая белая футболка, рукава чуть подвернуты до локтя. Волосы русые, чуть взлохмаченные. И глаза — серые, с прищуром, сразу нашли меня в полумраке. Он смотрел пару секунд, не отрываясь, и у меня по спине побежали мурашки.
А рядом с ним стояла она.
Высокая, светлые волосы распущены, падают на плечи мягкими волнами. Лицо... его сложно было не заметить. Тонкие черты, аккуратный нос, скулы чуть выступают, губы полные, но не надутые — натуральные, свежие. Глаза голубые, ясные, с длинными ресницами, которые она то и дело опускала, смущаясь. Кожа светлая, почти прозрачная, с лёгким румянцем на щеках.
Но главное — в ней не было той хищной уверенности, как у Лены. Она реально волновалась. Переминалась с ноги на ногу, теребила край платья, улыбалась как-то неуверенно, будто не знала, куда себя деть. В глазах — лёгкая растерянность, хотя она старалась этого не показывать.
Одета в облегающее чёрное платье, длинные ноги, тонкая талия. Красивая, но сейчас, в эту первую минуту, она казалась такой же растерянной, как и я.
Макс сразу шагнул к Лене, обнял её как старую подругу:
— Ленка, привет! Соскучился.
— А то. — Лена чмокнула его в щёку. — Пропал на полгода, а теперь являешься.
Потом Макс хлопнул по плечу Женю, они обменялись какими-то мужскими приветствиями, Паша тоже подошёл, они втроём перекинулись парой фраз — свои, давно знакомые.
А я осталась стоять в стороне, не зная, куда себя деть. Жанна — рядом, тоже как-то растерянно оглядывалась.
— Настя! — Паша спохватился, тронул Макса за плечо. — Это Настя. Та самая, про которую тебе рассказывали.
Макс повернулся ко мне, протянул руку. Ладонь тёплая, сухая, пальцы сильные. На секунду задержал мою руку в своей, глянул в глаза:
— Настя, — сказал он, не спросил, а утвердил. Голос низкий, спокойный, с лёгкой хрипотцой.
— Привет, — выдохнула я.
— А это Жанна. — Макс обернулся к ней, взял за руку, подвёл ближе. — Моя девушка.
Жанна улыбнулась, но как-то неуверенно, будто не знала, что делать дальше. Макс по очереди представил её:
— Это Лена, про неё я тебе рассказывал. Это Женя, мы вместе учились. Это Паша, мой друг детства.
Жанна кивала, пожимала руки, улыбалась, но было видно, что она волнуется. Когда очередь дошла до меня, Макс чуть замялся:
Мы расселись. Макс с Жанной на диване, Паша с Женей в креслах, мы с Леной на маленьком диванчике у окна. Комната сразу стала тесной — вшестером здесь было откровенно не развернуться. Но в этом была своя атмосфера: близко, почти вплотную, локти касаются, дыхание слышно.
Лена рядом со мной, сжала мою руку — незаметно, но крепко.
— Ну что, — Лена подняла бокал, — за знакомство?
Все чокнулись. Я пила и чувствовала на себе взгляд серых глаз. Макс смотрел спокойно, без наглости. Просто смотрел, будто изучал, будто читал меня по каплям.
А Жанна сидела рядом с ним, красивая, но всё ещё напряжённая, и я вдруг поняла: она волнуется так же, как я. Может, даже больше. Пальцы теребили край платья, взгляд метался по комнате, останавливаясь то на Максе, то на нас, то на дверях.
Паша отставил бокал, повернулся к Максу:
— Принёс?
Вопрос Паши прозвучал буднично, но я уловила перемену в комнате. Разговоры стихли, кто-то подался ближе к столику. Мне стало не
Для эротических СМС