лишь ночником в форме полумесяца, над ним склонилась Лиза. Она сидела верхом на нём, её бёдра сжимали его талию, но не для секса. Она просто смотрела на него, её пепельные волосы были распущены и падали серебристыми волнами на её плечи и на его грудь. Она была обнажена. Её член, в спокойном состоянии всё ещё внушительный, лежал на его животе тёплым, тяжёлым бруском.
– Ты спишь, как убитый, – сказала она тихо. Голос её в тишине комнаты звучал глухо, без привычной стальной опоры.– Лиза... – начал он.– Молчи.
Она положила ладони ему на грудь, её длинные пальцы растопырились, будто измеряя его.– Ты знаешь, что мы все прошли через ад, чтобы стать такими? – спросила она негромко, не ожидая ответа. – Гормоны, операции, боль, насмешки, отчуждение. Мы построили этот мир — красивый, холодный, сильный — чтобы спрятаться. Чтобы быть вместе. И чтобы владеть.
Она наклонилась ниже, её губы почти коснулись его.– Ты — первое, что мы себе позволили из внешнего мира. Не вещь. Не игрушку. А... дополнение. Ты понял?
Он посмотрел в её голубые глаза, в которых в этот миг не было ни капли привычного льда, лишь странная, уязвимая серьёзность.– Я понял, – прошептал он.– Хорошо.
И тогда она сделала то, чего он никак не ожидал. Она не стала его трахать, не приказала ничего. Она просто опустилась рядом, обняла его за плечи и притянула к себе, устроив его голову у себя на груди. Её рука легла ему на волосы.– Спи, – сказала она. – Завтра на работу. И у меня для тебя будет новое задание.
Он прижался лицом к её упругой груди, чувствуя запах её кожи, и снова уснул. В последний момент перед погружением в сон он почувствовал, как её член, лежащий рядом с его бедром, слегка подрагивает, будто в беззвучном рыдании или от сдерживаемого желания.
Утро началось с привычного, но теперь уже знакомого хаоса. Его разбудил запах кофе. В огромной кухне-столовой за столом уже сидело несколько девушек в домашней одежде — шелковые халаты, спортивные брюки, кто-то просто в нижнем белье. Запахло яичницей с беконом и свежей выпечкой.
Его посадили на стул, и Стефания положила перед ним полную тарелку. Он ел под их взглядами — теперь уже не оценивающими, а почти домашними. Они болтали о работе, о новых проектах, о планах на вечер. Он был частью этого круга — немой, но принятый.
После завтрака Лиза, уже в своём безупречном рабочем костюме, отвела его в сторону.– Сегодня твои обязанности меняются, – сказала она деловым тоном. – Ты больше не просто курьер и подавальщик кофе. Ты будешь помогать мне с документами. И... с персональными поручениями. Понял?
– Понял, – кивнул он.– И ещё. Вечером у нас запланирована внутренняя проверка. Будут задействованы только свои. Ты будешь центром внимания. Готовься. Отдыхай днём.
На работе в «Аргусе» всё было и так, и не так. Девушки относились к нему по-прежнему чуть снисходительно, но теперь в их взглядах читалась иная интимность, знание. Когда он нёс Лиза кофе, она, разговаривая по телефону, не глядя, положила руку ему на пояс, а её пальцы на секунду задержались у ширинки его брюк. Он вздрогнул, и она едва заметно улыбнулась.
День прошёл в бумажной рутине, которая показалась ему подобием нормальности. Но под ней пульсировало постоянное, фоновое возбуждение — ожидание вечера.
Вечером, вернувшись в особняк, он застал лишь часть «коллектива». В гостиной собрались Лиза, Марго, Кира, Жасмин, Стефания и ещё пять девушек, которых
Первая векторная функция