– Переоденься в этот халат. Девушки уже гримируются. Через пятнадцать минут начинаем.
Саша нервно переоделся. Из-за тонкой перегородки доносились женские голоса, смех. Один голос показался ему до боли знакомым, но он отогнал эту мысль – просто нервы.
Вошёл режиссёр, невысокий лысый мужчина, объяснил схему:
сначала общий план, они все трое общаются за столом, потом девушки начинают его соблазнять, раздевают, затем… затем всё идёт по накатанной. Саша слушал, кивая, но почти ничего не понимал от внутреннего трепета.
– Ладно, выходите. Знакомьтесь с партнёршами.
Марк распахнул занавес, отделявший гримёрку от площадки. Саша вышел, опустив глаза. Поднял их.
И мир рухнул.
Перед ним, в коротких шелковых халатиках, стояли две девушки. Одна – блондинка с яркими рыжими прядями, незнакомая. А вторая…
– Саша? – голос Анны сорвался в писк.
Его сестра. Его старшая сестра Анна. Она смотрела на него огромными, полными ужаса глазами. Её губы, уже подкрашенные блестящей помадой, дрожали. Она была бледна как смерть.
– Анна… что ты… – Саша не мог вымолвить ни слова. В ушах зашумело.
– Вы знакомы? – удивлённо спросил Марк.
Анна, не в силах говорить, лишь кивала, закрыв лицо руками.
Её подруга, та самая блондинка-рыжуха, смотрела то на одного, то на другого, непонимая какая катастрофа разворачивается.
– Мы… мы брат и сестра, – хрипло выдавил из себя Саша.
На площадке воцарилась гробовая тишина. Даже оператор замер.
Марк первым опомнился. Он не выглядел шокированным, скорее задумчивым.
– Интересно, – произнёс он наконец. – Это даже лучше, чем планировалось. Химия между вами очевидна. Зрители сойдут с ума.
– Что?! – воскликнули они одновременно.
– Мы не будем этого делать! – Анна резко обернулась, собираясь бежать в гримёрку.
– Аванс вы уже получили. Оба.В контракте чёткий пункт о неустойке в случае отказа от съёмки без форс-мажора. Сумма втрое больше гонорара.
У вас есть сто пятьдесят тысяч, чтобы заплатить? – голос Марка стал ледяным.
Саша и Анна переглянулись. У Анны в глазах стояли слёзы. Она получила аванс. И, как Саша теперь понимал, наверняка по тем же причинам: отчаяние, безысходность, желание помочь семье. Она даже не знала, что партнёром будет он.
– Боже мой… – прошептала Анна.
– Парни, дайте им минуту, – сказал Марк команде и отошёл в сторону.
Саша подошёл к сестре. Она отстранилась.
– Зачем? – спросила она, и в её голосе была такая боль, что Саше захотелось провалиться сквозь землю.
– Мама… деньги… а ты? Зачем, Аня?
– Меня уволили, Саш. Я не могла больше смотреть, как мама убивается. Лиза сказала, что это просто эротика, лёгкие сцены… Я не знала, что ты… что будет…
Она замолчала, давясь рыданиями.
– Что будем делать? – спросил Саша, глядя в пол.
– Не знаю. Не знаю…
Подошла блондинка.
– Меня зовут Катя, я подруга Анны, – тихо сказала она.
– Я тоже… в похожей ситуации. У меня мать-инвалид, мне эти деньги жизненно нужны. – Она помолчала. – Может… может, просто сделаем это? Как кошмарный сон. Закроем глаза и сделаем. А потом забудем. И у нас будут деньги.
Анна посмотрела на Сашу. В её взгляде уже не было прежнего ужаса, лишь пустое, обречённое принятие.
То же самое было и в душе Саши. Принципы, стыд, мораль – всё это оказалось хрупким, когда на кону стояло выживание их семьи.
– Хорошо, – тихо сказала Анна. – Но только… быстро.
– Быстро, – кивнул Саша.
Они сообщили о своём решении Марку. Тот едва заметно улыбнулся.
– Мудрое решение. Не переживайте, всё будет хорошо. Катя, ты в курсе сценария?
– Да, – кивнула блондинка.
– Тогда начинаем. Свет, камера, мотор!
Декорация изображала комнату в общаге. Стол, бутылка дешёвого
в рабстве у подруги