узнал в ней ту самую женщину, которую незадолго до этого видел разговаривающей с Папашей в кафе, и догадался что, конечно же, объектом ее обожания, мог быть принадлежать только Папаше, несмотря на то, что я не мог видеть ничего больше, кроме его огромного пениса, части живота и бедер, а также пальцев ног, когда как остальное было скрыто краем двери. За этой парой у дальней стены стояла узкая односпальная кровать, совсем ненамного больше детской кроватки, с тонким матрасом, но аккуратно застеленная.
Я уже собирался отступить, но тут меня охватило любопытство вуайериста, и я остановился. У женщины глаза были закрыты, а он с моего места наблюдения был скрыт дверью, и поскольку я не видел его, значит, он не видел меня тоже, верно? Я на цыпочках подкрался к двери и замер, не в силах оторваться от этой порнографической сцены.
Она медленно ласкала его внушительный член, попеременно засасывая его в рот и горло настолько, насколько это было возможно, и выпуская наружу, чтобы облизать его и прижаться к нему носом. На моих глазах она подняла его член и начала лизать яйца, в конце концов втянув в рот одно огромное яйцо размером с лимон, где тщательно вылизывала его языком.
Тиффани не преувеличивала насчет размера члена Папаши; он был действительно огромным, длина и толщина его пениса были пропорциональны его огромному телу. Я предположил, что он, должно быть, около тридцати сантиметров в длину, может быть, даже больше, и, похоже, женщине поменьше приходилось растягивать губы, чтобы взять его в рот. Он казался значительно толще меня и длиннее со своими, свисающими под ним, темными и тяжелыми яйцами.
Несмотря на давление в мочевом пузыре я полностью возбудился, наблюдая за ними, и меня охватило сильное желание опустить руку и потрогать себя. Внезапный шепот у моего уха полностью разрушил это желание:
— Что ты делаешь?
Я чуть не подпрыгнул от неожиданности и испуганно ахнул, когда Тиффани схватила меня за руку и оттащила от двери.
Я посмотрел на неё, ужасно смущённый от того, что меня застали за подглядыванием. Я прошептал:
— Мне нужно было в туалет!
Покачав головой она тихим голосом сказала:
— И что, вместо этого решил остановиться и заняться шпионажем?
Я уставилась на неё:
— Ты хоть представляешь, что там происходит?
— Да, я, примерно, представляю. Но это не твое дело, — она потянула меня в женский туалет напротив, где мы могли поговорить более свободно. — У тебя есть привычка тайком появляться, вторгаясь в чужую личную жизнь?
— Нет! Всё не так – дверь была открыта, и я просто случайно на них наткнулся.
— И ты решил остановиться и посмотреть? — она пристально смотрела на меня.
— Я пытался добраться до мужского туалета, а, если я прошел бы мимо двери, они бы меня увидели.
— Ну, ты сейчас в туалете, иди и делай, что тебе нужно.
— Здесь, с тобой?
Она рассмеялась:
— Мне совершенно неинтересно смотреть, как ты писаешь! Просто зайди в одну из кабинок и там сделай это.
— На двери нет замка! Что, если кто-нибудь войдет?
— Я посторожу. Может, ты уже пойдешь?
Мне определенно это было нужно! Я занял ближайшую из двух кабинок и закрыл дверь, отчего она снова рассмеялась:
— Ты такой стеснительный для взрослого. Это так удивительно!
Игнорируя её я вытащил свой все еще почти эрегированный пенис из штанов и с усилием опустил его в нужное положение, облегченно вздохнув, когда начал снимать давление. Мой мочевой пузырь был переполнен, и поток лился все сильнее и сильнее, я чувствовал себя все лучше и лучше, моя эрекция ослабевала.
Ольга 11-ая часть. Девятый день. Теперь я приз для Сан Саныча.