я был почти уверен, что ее пальцы действительно были внутри, а она активно трет свой твердый клитор и, вероятно, может (и хочет) довести себя до оргазма при нас!
Я вытолкнул Ронни из-за штурвала:
— Вперёд! Иди, возьми свою распутную жену и помоги ей удовлетворить свои желания, пока она не навредила себе! Ради всего святого, иди помоги этой бедной похотливой женщине, рыцарство этого требует!
Он засмеялся, идя к жене, которая продолжала мастурбировать, теперь тихонько постанывая. Он оглянулся на меня:
— Адам, просто продолжай править на ту высокую красную скалу, ту, которая похожа на огромную сиську. Там позади есть бухта, где мы можем остановиться на ночь.
Они спустились по ступенькам, но, очевидно, далеко не ушли, так как вскоре я услышал, как Кори приближается и достигает одного сильного оргазма, затем второго, крича, обзывая Рона, требуя, чтобы он ее удовлетворил и совершенно не заботясь о том, что ее стоны, кряхтение и ругань кто-нибудь услышит. Очевидно, ей очень нужна была эта разрядка, и я был рад, что Рон смог удовлетворить ее. Вот бы у меня был кто-нибудь, кто мог бы обеспечить то же самое моему, до смешного стоячему, члену и распухшим ноющим яичкам!
В конце концов все успокоилось, Кори, видимо, либо насытилась, либо перебралась в другую комнату. Или, полагаю, ее рот мог быть занят чем-то другим. Я, сосредоточившись на горе, которую указал Рон, старался не думать о том, чем они занимаются неподалеку, и вскоре заметил, что скала, похоже, стала заметно ближе. Чистый пустынный воздух затруднял оценку расстояний, и я совершенно не был уверен в размерах этого образования, что еще больше мешало моему восприятию.
На озере было спокойно, и мы медленно плыли. Я наблюдал пару других плавучих домов, скоростной катер, буксирующий лыжника, и пару человек на гидроциклах. Но озеро Пауэлл огромно, и никто никому не мешал. Определенно, ощущения тесноты не было. Я старался сосредоточиться на пейзаже и происходящем вокруг, игнорируя тупую, покалывающую боль в паху, и мне это отчасти удавалось. Эта неделя может оказаться очень долгой из-за провокаций Кори, особенно учитывая, что я совсем не был уверен, что у меня случится секс, даже после появления Тиффани. Ну что ж, это будет не первый раз, когда мне придется брать дело в свои руки!
Погруженный в свои мечты я так и плыл минут двадцать, или около, пока Ронни не поднялся на верхнюю палубу и подошел ко мне. Я взглянул на него, удивленно присмотрелся и расхохотался! Его лицо с покрасневшими и опухшими губами напоминало глазированный пончик, обе щеки и волосы по бокам головы были измазаны жирным кремом от солнца, очевидно, из-за крепкой хватки его головы между скользких бедер Кори!
Он посмотрел на меня:
— Что тут смешного?
— Да ладно, Ронни, дай мне передохнуть! Я рискну предположить, что ты, возможно, немного понырял в промежности?
Он слегка смущенно усмехнулся, провел рукой по лицу и подбородку, вытираясь.
— Оу. Что так заметно, да? Ну, и иди к черту, ты просто завидуешь, что это сделал не ты.
Он попал прямо в точку, я бы с удовольствием удовлетворил его жену любым способом, каким бы она ни пожелала!
— Ну, судя по всему, ей это понравилось.
Он слегка приосанился:
— Да, так и есть, правда? Черт, я хорош! И ничто так не гармонирует со вкусом возбужденной вагины, как холодное пиво. Хочешь?
— Холодное пиво или возбужденную вагину?
— Я имел в виду пиво, придурок. Я гарантирую, что в данный момент на борту этого судна нет ни одной похотливой бабы!
— Ух! Это точно! Что бы ни говорили о моем муже, у него очень талантливый
Пленницы лесбиянок