и постанывая, пока я вынимал палец из ее ануса и продолжал втирать крем в ее бедра.
Когда я закончил с ее икрами и лодыжками, она все еще тяжело дышала, и мне пришлось помочь ей перевернуться на спину.
— Ты сама займешься передом или это делать тоже мне?
— Ну, можешь и сам, раз уж у тебя руки все в креме, — она улыбнулась мне соблазнительно и неторопливо. — К тому же, у тебя начинает получаться!
Я посмотрел на её большие, розовые и твёрдые соски, и выдавил себе на ладонь струю тёплой белой субстанции. Я имел в виду солнцезащитный крем.
Встав на колени рядом с ней я начал втирать крем в ее голени, стараясь обработать и верхнюю часть стоп. По опыту знаю, как больно обгореть на солнце. По мере того, как я продвигался вверх по ее ногам, я заметил, что ее бедра продолжают покачиваться взад и вперед, толкая ее вагину вперед, словно навстречу толчкам любовника, и я понял, что она все еще очень возбуждена. Думаю, она даже не осознавала этого.
Я взглянул на ее лицо, ее глаза были закрыты, губы слегка приоткрылись, а кожа порозовела. Мой взгляд опустился к ее аккуратной киске, маленький треугольничек мягкого пушка едва прикрывал лобковую кость, остальная часть ее влагалища была гладкой и нежной. Ее ноги были слегка раздвинуты, и я мог видеть розовые внутренние губки ее киски, выступающие, сморщенные и припухшие, между пухлыми загорелыми внешними губками, влажно блестевшими от ее возбуждения.
Я оседлал её ноги и продолжил наносить солнцезащитный крем на её бёдра, чувствуя, как напрягаются и расслабляются мышцы, когда она двигается. Мне показалось, что я чувствую женственный мускусный аромат ее возбужденной киски, несмотря на прохладный ветерок с озера, обдувающий нас, и я подавил сильное желание зарыться лицом в ее возбужденную киску, такую близкую и такую доступную, проникнуть в нее языком и ощутить ее жар. Может быть, мне все-таки не просто почудился ее запах; я был мучительно возбужден.
Я быстро слез с неё и бросил тюбик крема на палубу рядом с её вытянутой рукой:
— Вот! Остальное сделаешь сама, ты можешь дотянуться до остального.
Она открыла глаза и посмотрела на меня:
— Что случилось? Я что-то сделала не так?
Понизив голос, я ответил ей:
— Да, Кори, ты кончила! Мне не следовало доводить тебя до оргазма!
— Всё в порядке, Адам, я могу кончить ещё раз. Более того, я бы с удовольствием!
Я уставилась на неё:
— Я не это имел в виду. Я имел в виду, что этого вообще не должно было случиться.
— Тогда тебе не стоило засовывать палец мне в задницу. Кстати, это было очень приятно, — хихикнула она.
— Черт возьми, Кей, ты так быстро кончила! Я просто хотел тебя подразнить, преподать урок.
Она притворно надулась:
— Ну, я была возбуждена. Очень возбуждена, благодаря твоему рассказу об огромных твердых черных членах, так что это твоя вина. И это был отличный урок, который ты преподал – я готова к следующему уроку, профессор, если ты считаешь, что мне нужно еще что-то вбить в задницу.
— Забудь об этом, Кей, просто намажься кремом, чтобы не обгорела. Ты видишь, где я намазал, почти добрался до твоего маленького возбуждающего местечка. Я пойду на нос к Ронни поговорить, там безопасней.
Кори рассмеялась, а затем посмотрела на мою промежность.
— Эм, тебе, возможно, стоит сходить за пивом или чем-нибудь еще и дать этой выпуклости немного уменьшиться. Сейчас ее довольно сложно не заметить.
Она была права, и я последовал её совету, даже задержался на минуту – другую, пока моя эрекция постепенно не спала, а
Как Диман лешился девственности