Я лежала в постели в своей квартире на одном из верхних уровней Восточного сектора Большого Кольца, когда в визуальном слое личного канала вспыхнул мягким золотистым огоньком сигнал входящего сообщения. Оно оказалось коротким, деловым, без лишних любезностей, как и положено сообщению от Агентства.
«Клиент: представитель дипломатического корпуса Конфедерации Ипша. Статус: чрезвычайный. Требования: полная конфиденциальность, отсутствие предварительного опыта с видом, готовность к нестандартной физиологии. Оплата: тройной тариф плюс бонус за адаптацию. Время: завтра, 21:00. Адрес будет передан за два часа. Подтверждение в течение часа».
Я перечитала сообщение дважды.
Тройной тариф. Даже для эскортницы моего уровня это очень и очень неплохо. Это сумма, на которую можно целый год не работать, если вести не слишком разгульную жизнь.
Я несколько минут просто смотрела в потолок, чувствуя, как по телу медленно разливается жаркая волна страха, смешанного с острым любопытством.
Ипша.
Я видела их только на записях и в новостных лентах. Высокие, темные, с четырьмя руками и длинными хвостами, которые двигались так, словно жили отдельно от тела. Кожа почти черная, со странным металлическим отливом, который менялся в зависимости от освещения.
Лица... лица у них были нечеловеческие. Вытянутые, клиновидные, с огромными золотистыми глазами без белков. Красивые в своей чуждости. И пугающие.
Я никогда не работала с нелюдьми. Вообще. Даже с таркенами, которых на Земле было уже довольно много, и которые слыли заядлыми ксенофилами, особенно предпочитающими человеческих девушек, я принципиально отказывалась. Слишком много всяких историй. Слишком много неизвестного.
А тут – ипша. Вид, постоянные контакты с которым установили всего несколько лет назад. Закрытая раса, формальная, почти не идущая на личные контакты с людьми вне протоколов.
И вот один из них сделал заказ.
Я села на краю постели, свесив голые ноги, и долго смотрела на свои ладони. Обычные человеческие руки. Пять пальцев. Тёплая кожа. Никаких перепонок, никаких дополнительных суставов. А у него их будет четыре. И хвост. И совершенно другая температура тела. И совершенно другие... места.
Любопытство уже пересилило страх. Я всегда любила острые ощущения. Именно поэтому я и осталась в этой профессии, хотя могла бы уйти уже давно. Деньги были хорошими, но настоящей валютой для меня всегда было новое. То, чего тело ещё не знало.
Я подтвердила заказ.
Утром пришла подробная инструкция от Агентства. Медицинский допуск уже был в системе; я проходила полное обследование каждые два месяца. Ксеносовместимость подтверждена на базовом уровне. Никаких острых аллергических реакций на известные белки ипша, никах инфекций, способных передаваться между людьми и ипша не существовало; дыхательная совместимость в пределах нормы; кожный контакт допустим. Дальше – зона неизвестности. Агентство честно написало: «Данные о репродуктивной и сексуальной физиологии вида ограничены. Клиент предупрежден о необходимости предварительного согласования границ. Рекомендуется использовать переводчик нового образца».
Я заказала переводчик сразу же. Маленький серебристый диск, который прилепляться к коже у основания шеи и почти не ощущался. Он улавливал речь говорящего и выдавал перевод прямо в слуховой нерв с минимальной задержкой. Нюансы, конечно, терялись. Эмоции, интонации, полутона, всё это превращалось в относительно ровный, механический голос. Но лучше так, чем пытаться объясняться жестами с существом, у которого четыре руки и хвост длиннее моей ноги.
Днём я пыталась найти хоть какую-то информацию. Открытые базы данных почти ничего не давали. Ипша крайне неохотно делились биологическими данными. Я нашла только общие описания. Яйцекладущий вид, два постоянных пола, умеренный внешний диморфизм. Внутреннее оплодотворение. И всё. Ни схем, ни подробностей, ни даже намеков на то, как именно у них устроено соитие.
К вечеру любопытство уже буквально жгло изнутри.
Я приняла долгий душ, сделала всё, что обычно делала перед сложным заказом. Кожа,
мечта в реальности