до сих пор лежали у неё в телефоне. Спрятанные в папке с паролем. Готовые к использованию.
Она могла показать их ему. Прямо сейчас. Могла бы развернуть телефон и сказать: «Смотри, Митя. Вот что было. Вот кем я стала. И ты всё равно будешь со мной».
После вчерашнего она больше не боялась. После того, как он смотрел на неё, как её трахал Рустем, после того, как Тамара сидела на нём и доводила до оргазма, — страх исчез. Осталась только игра. И она чувствовала, что может играть снова.
— Спрашивай, — сказала она, и голос её был мягким, почти ласковым. — Я отвечу честно.
Митя сглотнул. Он чувствовал, как внутри всё сжимается. Он знал, что ответ может быть болезненным. Но он хотел знать. Хотел услышать правду, какой бы она ни была.
— В кемпинге, — начал он, и голос его дрогнул. — Что там было? На самом деле?
Жанет отвернулась к окну. Она смотрела на мелькающие деревья, на серую ленту дороги, и улыбалась. Она знала, что он ждёт. Знала, что он боится. И это было сладко.
— А что, если я скажу тебе, что всё было именно так, как ты думаешь? — спросила она, не оборачиваясь. — Что я сняла топ, что меня трогали, что я делала минет, что меня трахали? Что я кричала, что я шлюха? Что мне это нравилось?
Она повернулась к нему. В её глазах горел тот самый огонь — смесь похоти, вызова и желания увидеть его реакцию.
— Что, если я скажу, что у меня есть видео? — продолжила она, и голос её стал ниже, почти шёпотом. — Что я могу показать тебе всё. Каждую минуту. Каждый член. Каждую каплю. Ты хочешь это увидеть, Митя?
Она достала телефон. Медленно, демонстративно, она открыла галерею, нашла папку с видео и повернула экран к нему. На заставке был кадр — она, голая, стоящая на четвереньках, с рыжими волосами, разметавшимися по спине. Мужик сзади держал её за бёдра.
— Скажи, — прошептала она, и в её голосе была та самая гадкая, похотливая улыбка. — Скажи, что ты хочешь посмотреть. И я включу.
Митя смотрел на экран. Его член дёрнулся в штанах. Он ненавидел себя за это. Ненавидел её. Но он не мог отвести взгляд.
Жанет видела его реакцию. Она знала, что победила. И она знала, что теперь может играть с ним так, как захочет.
— Ну что, Митя? — спросила она. — Ты готов узнать правду?
Митя замешкался. Его рука застыла на руле, взгляд метался между экраном телефона и лицом Жанет. В голове всё смешалось — ревность, возбуждение, страх, желание. Он хотел сказать «нет», хотел оттолкнуть её, хотел потребовать, чтобы она убрала телефон. Но вместо этого его пальцы сами повернули ключ зажигания, и Лада заглохла.
— А впрочем, — сказала Жанет, и её голос был низким, почти мурлыкающим. — Останавливай машину.
Он послушно остановился на обочине. Дорога была пустой — только поля, редкие деревья и серое небо. Жанет, не теряя ни секунды, начала раздеваться. Она стянула топ через голову, и её грудь качнулась перед лицом Мити. Потом она расстегнула юбку, и та упала на пол. Трусов на ней не было — она не носила их уже давно.
Она перебралась через сиденье, опустилась перед ним на колени и достала его член. Митя ахнул, чувствуя, как её горячие, влажные губы обхватывают головку. Она сосала жадно, глубоко, с той самой голодной страстью, которую он раньше видел только в её редкие моменты. Её язык скользил по стволу, её рука гладила его пах, сжимала яйца.
Школа 18-я и 19-я часть