Уважаемые читатели, что-то прошлая часть получилась слишком лиричной и немного пафосной. Наверное, потому что эта история мне кажется очень важной, и со временем она приобрела черты ностальгии — по тем временам, когда я была не обременена множеством социальных ролей и могла явно выпускать свою тёмную сторону наружу. С этой точки зрения те события действительно были самыми приятными и чувственными для меня.
Ну что ж, продолжим.
После того как Владимир кончил мне в рот, а я всё проглотила (и даже показала, что ничего не осталось — просто чтобы убедить его), он откинулся в кресло, тяжело дыша, с довольной улыбкой на лице.
А за меня тут же взялась Юля.
Она подползла ко мне на коленях, обняла за шею и поцеловала — прямо в губы, которые ещё были влажные от его спермы. Её язык скользнул внутрь, мягко, почти ласково, будто пробуя на вкус то, что осталось от него.
Потом её руки опустились на мою грудь. Пальцы легко сжали соски — сначала осторожно, потом сильнее. Я застонала. Никто никогда раньше не трогал меня так уверенно и в то же время так нежно. Она знала, что делает. Знала, где нажать, где замедлиться, где заставить меня задыхаться от удовольствия.
— Ты такая горячая, — прошептала она, прижимаясь лбом к моему. — И такая послушная. Мне это нравится.
Я не знала, что ответить. Да и не нужно было. Она и так всё читала по моему лицу, по дыханию, по тому, как я прижималась к её ладоням.
Потом она начала целовать меня ниже — шею, ключицы, грудь. Сосала соски по очереди, то мягко, то с лёгким укусом. Я извивалась, не в силах лежать спокойно. В голове уже не было мыслей — только ощущения. Только её руки, её рот, её запах.
А между ног у меня всё горело. Я чувствовала, как мокрые трусики прилипли к коже, как клитор пульсирует. Мне очень хотелось, чтобы она коснулась меня там. Но я не просила. Просто ждала. Потому что в тот вечер я решила: я не прошу. Я получаю, то, что они сочтут нужным.
И Юля, конечно, поняла. Она всегда всё понимала.
— Пора, — сказала она, поднимая на меня глаза. — Ты уже готова?
Я кивнула.
Готова ли я?
В тот вечер я была готова на все.
Она потянула мои трусики вниз, и я помогла ей — чуть подняв бёдра и разведя ноги. Движения были неловкими, ведь я впервые раздевалась перед кем-то по-настоящему, а не в фантазиях. А потом она лёгким нажатием на колени заставила меня раздвинуть их шире.
Мне сразу стало стыдно. Я ведь ничего не подготовила — не брила лобок, не думала, что всё зайдёт так далеко. Я даже зажмурилась, ожидая, что Юля поморщится или отвернется.
Но она ничего не сказала. Просто наклонилась — и поцеловала меня прямо между ног.
Я так резко дёрнулась, будто меня ударило током. Это было неожиданно, почти болезненно от остроты ощущения. Всё тело напряглось, сердце заколотилось.
— Тише, тише, — прошептала она, и её голос был таким спокойным, что я сразу расслабилась.
И тогда она начала лизать.
Медленно, внимательно, с настоящим интересом. Её язык скользил по складкам, обводил клитор, то едва касался, то слегка надавливал — и каждый раз я вздрагивала, стонала, кусала губы, чтобы не закричать. Никто никогда не делал мне этого. Никто даже не пытался. А тут — женщина, взрослая, уверенная, знающая, наслаждается мной, как будто я — редкий десерт.
— Девственная киска, — прошептала она между движениями. — Свежая, сочная... Что может быть вкуснее?
Её слова не звучали как комплимент и не были унижением —
Сашенька (часть третья): девочка счастлива