Следующие два дня мы почти не виделись. Я уходил на работу рано утром, когда Катя ещё спала, а она возвращалась поздно ночью после смены баристой, когда я уже видел десятый сон. Но воскресенье подарило нам долгожданный выходной.
Запах свежего кофе чувствую раньше, чем приходит сознание. Я потягиваюсь, рука инстинктивно тянется к другому краю постели. Пусто. Аромат кофе привёл меня на кухню.
У плиты стояла Катя, что-то помешивая в кастрюльке. На ней моя серая хлопковая футболка, та самая, с выцветшим логотипом какой-то группы. Ткань тонкая, и в лучах утреннего солнца ясно виден силуэт её тела. Футболка достаёт ей до середины бедра, оставляя длинные стройные ноги полностью обнажёнными. Её рыжие кудри собраны в небрежный пучок, открывая шею.
— Доброе, — ответила она, не прекращая помешивать овсяную кашу.
— Ты не против, что я надела твою футболку?
— Совсем не против, — прошептал я, снова целуя её шею. — Она тебе очень идёт. Носи её всегда.
— Я тут тебе кофе задолжала, — говорит она, поворачиваясь ко мне в объятиях. Её лицо, усыпанное веснушками, без макияжа, кажется таким юным и открытым. — Вот решила долг отдать. Сегодня ты попробуешь солёный кофе.
Мы сели за стол. Каша оказалась удивительно вкусной, но когда Катя берёт свою чашку с кофе, делая маленький, осторожный глоток, сразу морщит нос, её брови сходятся в милой гримасе неудовольствия.
— Нет, с твоим наполнителем кофе был вкуснее, — призналась она, выливая напиток в раковину. Мой член дёрнулся у меня на бедре. Что?! Она имела в виду мою сперму?!
Катька моет чашку, наливает свежего кофе из кофеварки. Ставит полную чашку дымящегося напитка на стол, а сама...
...Наклоняется и лезет под стол. Сначала я почувствовал, как ее руки легли на мои колени и раздвинули их. Затем чувствую теплое дыхание у себя между ног. Её пальцы расстёгнули ширинку на шортах. Утренний воздух обдаёт прохладой мой член.
Затем ее губы коснулись моего паха. Губы были влажными, горячими и нежными. Она поцеловала мой пах, затем коснулась головки члена, провела языком вокруг ствола и взяла его глубоко в рот. Одной рукой она обхватила мои яички, нежно перекатывая их, а другой держала основание члена, направляя свои движения. Под столом раздавались вульгарные, чавкающие звуки.
Она сосала с чувством. С толком. С расстановкой. Каждое движение ее языка вдоль уздечки, каждое глубокое, рвотное движение было направлено на то, чтобы возбудить меня. Я мог видеть ее макушку, ее огненные волосы касались моего живота. В какой-то момент она на мгновение отстраняется. Я игриво шлёпаю членом по Катькиной щеке, дразня ее.
— Ну что, моя голодная кошка, — прорычал я, ударяя ее членом по другой щеке. — Хочешь еще?
На следующем замахе она поймала меня ртом и жадно втянула головку. Она наклонила голову, двигая языком, возвращая меня к полной, пульсирующей эрекции с ужасающей скоростью. Я не мог сдержаться. Из моего горла вырвался гортанный стон.
Она ускорила темп, сосала сильнее, быстрее, ее рука двигалась синхронно со ртом. Оргазм накрыл меня мощной волной, и я почувствовал, как всё тело содрогается от удовольствия. Катя приняла всё до последней капли, а потом медленно поднялась из-под стола. Её щёки слегка розовые, губы влажные, блестящие. Она смотрит мне прямо в глаза и…
...Выплёвывает мою сперму себе в чашку с только что налитым кофе. Белые нити растворяются в тёмной жидкости.
Я наблюдал за ней, всё ещё пытаясь отдышаться. Катя взяла ложку, аккуратно размешала содержимое чашки, затем поднесла её к губам и сделала
Моя любимая мама. Часть1.