– на затылок со всей дури давит. По самому горлу головка заходила, больно же! Хоть тот, что сзади, качать меня продолжает, но у меня всё желание пропало, никаких ответных действий не делаю, не до того. Хорошо хоть недолго это продолжалось – чувствую, во рту пульсировать начинает. Хоть и кашляю, а все равно сглатывается само собой, уж больно глубоко он в горле. Как вынул, сразу всем захлебываюсь – и спермой, и слюнями, и желчью какой-то... Плачу навзрыд, сопли по лицу размазываю...
А сзади на всё это никакого внимания – как двигался, так и продолжает, причем, похоже, кончить никак не может, хоть и пыхтит. Потом шаги за спиной, шевеление какое-то, а на попу холодные капли падают. Между ягодиц проводят, размазывают, а в самую дырочку там палец лезет. Напряглась и за это сразу по попе заработала. Голос Андрея, команда:
– Расслабься! – с чмоканьем член из влагалища выбирается, в анус давит.
Ну, что делать? Сопротивляться? Вскакивать, повязку с лица, одеваться, на дачу нестись? Мужу рассказывать, как меня сначала соседские детишки во все места использовали, а потом другим передали, еще моложе? И что не сопротивлялась, что добровольно на всё шла? И что мои фотографии препохабнейшие у них есть? И что на работу их закинуть могут? Глупо же совершенно... Раз уж грибами этими несобранными отравилась, надо чашу до конца испить... Пришлось подчиниться. Но больно же! Опять из глаз непроизвольно слезы потекли. Стиснув зубы, зажмурившись и вцепившись руками в ножки стула, я ждала, когда кончится этот кошмар. Острая боль отпустила, но неприятные чувства остались. Было хуже, чем на даче, с Игорем и Женей. То ли из-за позы, то ли потому, что Андрей просто не научился еще, только понаслышке об анальном сексе знал. Наконец, задергался и кончил. Была как в кошмарном сне – голова кружится, в ушах звенит... И боязнь, что еще кто-то на меня полезет.
Нет, подняли меня, все на тот же стул усадили. Чуть успокоилась – только двое их было, и то хорошо. Значит, никаких новичков на мою голову. Но голова-то кружится, качаюсь, вот-вот упаду. Не выдержала, сама шарф с лица сорвала, тем более вспотело всё под ним так, что в ушах звенит. Вижу, действительно двое только, рожи знакомые – Андрей с Сергеем. Без штанов и трусов оба стоят, но сверху одеты. На одном рубашка, а другой даже свитер не снял. А снизу у обоих ихние обвисшие причиндалы болтаются. Как видят, что я на них смотрю, Андрей в сторону отворачивается, будто по какой надобности, а Сергей вообще двумя горстями от меня прикрывается. Хоть в себя еще до конца не пришла, но смешно сразу стало. И за себя обидно: боже, с какими детьми связалась! Впору мне срок давать за совращение малолетних. Страха уже перед этими детишками, конечно, никакого. Только сама на себя злюсь, что в такое положение дурацкое попала. Так что спокойным тоном интересуюсь:
– Всё? Оба успешно кончили? Довольны? Теперь, пожалуйста, все фотографии! Я домой поехала. Хватит с меня вашу дурь тешить, – со стула встаю, к двери иду. Так понимаю, что одежда моя в прихожей осталась. Хоть и пошатываюсь немного, но маску на лицо надела строгую, неприступную, высокомерную даже. А уж решимости со всеми этими детишками завязать окончательно полным полно. И на лице, а главное – в душе.
Только недалеко я прошла. Пару шагов только сделала, не больше. Андрей подскакивает:
– Куда?! – и такую пощечину со всего размаха влепляет, что на пол падаю. Он не просто по щеке заехал, больше
жена