или пушинка на лбу. Неси зеркало, я сам повешу, только за молотком и гвоздями схожу.
Пока я крепил зеркало, рот у Аллы не закрывался. Она сразу же мне сообщила, что художница, закончила институт Репина, а ещё увлекается изотерикой, медитацией, передачей мыслей. Услышав это, я сразу понял, отчего этот сумасшедший блеск её глаз.
– Я вот закончу ремонт, перевезу вещи и картины, книги, и приглашу тебя к себе на чай.
– Я, вообще-то, чай не пью, только кофе и водку.
– Ты, наверное, шутишь, – её глаза ещё больше округлились, – ты не похож на алкоголика.
– Я просто не пью чистую водку, а делаю коктейль. Знаешь, был такой японский философ Ясами Это.
– Ой, я что-то такого не помню, я японскую литературу люблю, Акутагаву, Кобо Або...
Она снова затараторила так, что пришлось прервать работу, чтобы не попасть молотком по пальцам.
– Ну, так и что этот твой Ясами сказал.
Я изложил ей фрагмент высказывания японца, который помнил наизусть:
Как то один ученик спросили сэнсэя Ясами Это:
– Это-сан! Вы с утра до вечера пьете сакэ, но, никто ни разу не видел, чтобы Вы не могли одеть гэта? В чем заключается Ваш секрет?
– Видишь ли, Сиура-кохай, никакого секрета у меня нет! Я пью много сакэ но не пьянею потому, что в моей голове два Ясами.
Один торопит и говорит: «выпей поскорее ещё! Тебе сейчас хорошо, а будет еще лучше!»
Другой ему отвечает: «погоди, я испытываю приятные чувства еще от предпоследней чарки! Та, что предлагаешь мне выпить ты – пока лишняя!»
Я всегда соглашаюсь с мнением второго!
– Ну и молодец! Я тоже люблю коктейль «Марко Поло», рюмка рома и три рюмки апельсинового сока, высокий узкий стакан, соломка и ломтик лимона на стенке. У меня уже план созрел, представляешь, этот стакан с коктейлем, томик стихов и чайная роза на нем. Красиво!
– Красиво ты мыслишь, образами, – а сам подумал, – интересно, она и в постели не умолкает?
Сразу признаюсь, до постели у нас с Аллой дело не дошло. Она оказалась стеснительной, зажатой, даже невинная попытка обнять и поцеловать её вызывала у неё протест.
– Саша, ты замечательный человек, добрый умный! Ну не надо этого, давай останемся с тобой друзьями. У нас же столько общего, о чем можно поговорить.
– Алла, ну я же мужчина, а ты очаровательная женщина. Неужели у тебя не кружится голова, когда тебя целуют в шейку, щечку?
– Конечно волнует, но это должен быть человек, которого я полюблю всем сердцем, о котором буду думать по ночам.
– А просто так, отдаться страсти, позволить раздеть тебя, расцеловать тело, грудь, сосочки, спуститься ниже...
– Саша, прекрати, – её лицо сделалось пунцовым, – я не умею об этом говорить.
– А ты не говори, а слушай. Говорить буду я.
Я подошел к ней сзади, взял за талию, прижал к себе поцеловал шейку. Она закрыла глаза, повернула ко мне лицо, ища мои губы. Мы слились с ней в долгом поцелуе. Я прижал ладони к её груди и чувствовал её глубокое и частое дыхание. Я нащупал пуговичку на её блузке, попытался её расстегнуть, подумал даже, что она сдалась, я раздену её и у нас будет прекрасное продолжение, но, неожиданно, она оторвалась от моих губ, стряхнула мои руки с груди и сказала:
– Не надо, Саша! Давай, всё-таки, останемся просто друзьями. У меня есть человек, с которым я встречаюсь, я не хочу его обманывать.
И, она не лгала, человек этот, почти мальчик, музыкант и композитор, действительно появился в нашей квартире. Скромный, застенчивый, он редко появлялся в общественном пространстве. Не знаю,
Я сама его хотела!!!