видно легче стало. Не зря же говорят, что она находится, аккурат, под мочевым пузырем, потому, что, когда пописаешь, то и на душе легче становится. Самая старшая и говорит мне:
– Эй ты, гармонист, хули ты здесь сидишь, пошли с нами. Ну, меня долго упрашивать не надо, пошел. Та, молоденькая куда-то убежала, а я иду под ручку в этими оставшимися.
– Загадывай желание, ты между двумя Ленами идешь.
– Я вас обоих желаю!
Тогда еще спиртное и по ночам продавали, так что мы затарились и пошли к Ленке, как раз в эту самую квартиру на Мойке.
Ей только накануне Надюха предложила поселиться в соседнюю комнату, в которой дивана не было. Так мы и начали с ней «половую» жизнь.
Ночью мы со старшей Ленкой кувыркались на полу, а другая Ленка чуть выпила и завалилась спать, а рано утром убежала. А мы не спим, сопим. Потом я стал тискать её грудь, залез под платье, стал снимать трусы, она попу приподняла, значит не против. Половицы скрипят, да и хрен то с ним. В темноте, на полу, в антисанитарных условиях не до жиру. Письку я ей в первую ночь не лизал, просто трахнулись по крестьянски, спустили «пар» и уснули.
Уже на следующий день я притащил диван из комнаты, отошедшей в мир иной Клементьевны, и вторую ночь мы провели по-человечески. Я подключил и люстру и бра, создал интим, она распаковала вещи, достала эротическое бельё, приоделась для того, чтобы я её раздевал.
Да, братцы, скажу я вам, некрасивых женщин не бывает, бывает некрасивая на них одежда. А Ленка – портниха, разбирается во всех этих рюшечках, складочках, оборочках и прочих вырезах. Хоть и полновата она, и животик выпирает, и грудь слегка обвисла, но, когда всё это скрыто прозрачным пеньюаром, то все эти маленькие недостатки не видать. А с лупой никто на женщин и не залазит. Свет, в крайнем случае, можно либо притушить, либо вовсе выключить.
Писька у Ленки оказалась запущенной, но, всё равно я её с удовольствием вылизал так, что она даже взвыла. Потом уже призналась, что я был первым, кто «там её целовал». Правда, клитор она при этом активно теребила, значит умела доводить себя до оргазма. Губки малые у неё оказались очень малыми и не очень чувствительными, но всё равно, когда я их вобрал в рот и стал оттягивать, она стонала.
В эту ночь я ебал её по офицерски, потом сзади, «по собачьи». Последня поза ей очень понравилась, потому, что я головкой доставал до задней стенки влагалища, что ей очень понравилось и сильно возбуждало. Я погрузился в неё на всю длину, она прогнулась в спине и повернулась ко мне лицом. Я же ухватился за отвисшие груди и притянул их к себе, мял сосочки, а она не забывала тереть свой клитор.Замерев так на несколько секунд, я стал работать тазом, слегка двигая членом внутри, потом ухватил её за том место, которое у девушек называется талией, увеличил амплитуду, стал действовать как швейная машинка, чем, вскоре и довел швею-мотористку до первого оргазма. Она просто рухнула на живот, не дав мне возможности кончить. Пришлось приложить усилие, чтобы перевернуть её на бок, поднять одну ногу и, кое-как пристроившись, довершить процесс, выстрелив в пизду своей спермой.
Не успел я кончить, как услышал её посапывание. Заснула, получив своё.
– Вот ведь блядь, ленивая, – выругался я про себя.
– Ночью я несколько раз пристраивался сзади к ней, умудрялся всунуть в пизду одну головку и кончать. Как я уже упоминал, смазки у неё вырабатывалось мало, но обилие моей спермы
Госпиталь