я ощущал себя и радиоприемником, и рукой, настраивающей его. Что-то начало мешать нашей связи, сознательно выталкивая меня из ментального поля Грель.
«Хочу увидеть тебя!» — выкрикнул я.
«...они... связь...» — еще мгновение я ощущал присутствие Грель, а затем она исчезла, оставив опустошающее чувство одиночества.
Кто-то помешал нам, я был абсолютно уверен в том, что нимфе угрожает что-то... Тревожное. Наш контакт разорвали слишком быстро, но кое-что мне удалось забрать с собой. Словно фотоснимок, в моем сознании отпечаталось настроение нимфы — она нервничала, была расстроена и боялась кого-то так, как будто у нее пытались забрать что-то очень важное, важнее самой ее жизни.
— Где ты?! — выкрикнул я, вскочив на ноги.
Не думая ни секунды, я ломанулся сквозь барьер туда, куда полыхала новым светом нить Единой Души, и... радужная пелена вдруг расступилась, словно признавая мое право на проход. Кажется, задумка сработала, и ментальная связь оставила на мне достаточно следов Грель, чтобы я стал хотя бы временно похож на нимфу. Лес на той стороне встретил меня радостным шорохом листьев. В отличие от защиты, он сразу же узнал меня и гостеприимно постелил под ноги мягкую травку.
— Отведи меня к ней, — выкрикнул я в пустоту.
Ветви зашуршали, словно перешептываясь между собой, не понимая смысл моей просьбы.
— Я должен увидеть твою хозяйку!
Снова непонимание. Благодаря Дару я чувствовал, как духи леса колеблются, просто не понимая, чего я от них хочу.
— Грель! Твоя госпожа... подруга... не знаю, кто вы друг другу... защитница?!
Последние слова явно попали в точку. Ветви перестали взволнованно шуршать, радостно согнав в воздух стайку птиц, которые тут же огласили пространство переливчатой трелью. Я сделал несколько шагов, вспоминая, каково это — идти по тропе, которая сама несет тебя через пространство, а затем уверенно направился вглубь чащобы.
Засекать время было бессмысленно, для меня до сих пор оставалось загадкой, как именно работает этот механизм, но уже минут через пять я оказался у той самой избушки. Вот только...
— Кажется, никого нет дома, — с разочарованием проговорил я.
Ничем рациональным объяснить это ощущение было нельзя, но мне хватило буквально одного взгляда, чтобы понять: в этом доме никто не появлялся уже несколько месяцев. Снаружи изба еще сохраняла приличный вид, но внутри наверняка не осталось ничего, кроме пыли. От этого зрелища сердце невольно сжалось, почему-то было грустно видеть, как место, в котором тебе было так хорошо, пришло в запустение.
Я обошел дом по широкой дуге, вот и банька зазывно скрипнула приоткрытой дверью. Но я лишь покачал головой. Заходить в нее одному — только душу бередить. Нет, я пришел сюда не вздыхать о прошлом, а разобраться с настоящим. «Но куда же теперь идти?» — подумал я, с ностальгией вспоминая ночные игры с Грель. Наверное, если постараться, можно даже разыскать полянку, где мы с ней...
— Это что еще? — проворчал я, глядя на верещащих пичужек.
Над головой давно уже раздались нетерпеливые трели, но я совсем не обращал на них внимания, поглощенный размышлениями.
— Чего вы беситесь?
Птицы вспыхнули и понеслись куда-то в сторону. Послышалось шуршание ветвей, беспокойный скрип, и даже трава у моих ног закачалась от порывов ветра. Присмотревшись повнимательнее, я заметил, что путевая тропинка продолжает петлять так, словно избушка была не конечной точкой маршрута.
— То-то мне едва деревья на голову не сыпятся, — пробормотал я, сообразив, что лес всеми способами пытается намекнуть мне, что нужно двигаться дальше.
Потоптавшись еще немного и мысленно попрощавшись с лесным домиком, который на этот раз не стал для меня откровением, я вышел на главную тропу. В лицо вдруг ударил резкий порыв
Впервые втроем