с ней всё... что захочу. Но это будет уже не то. Да, она пришла, тем самым отдавшись на волю судьбы в лице меня, но... Все мои знания о Вале, все представления о её странноватом характере говорили, что должно произойти что-то достаточно мощное, чтобы она решилась сделать шаг первой. И я пока не представлял - что. А потому, кое-как переведя дух, схватил с узкого подоконника бутылку с водой и, открутив, протянул ей:
— Сначала попей... По-любому ведь, не пила после тренировки?
Она послушно взяла и присосалась к горлышку - видать, и правда не позаботилась о своей гидратации. Талдычу им уже месяц, но всё как об стенку горох... Перевела дыхание и отдала мне назад. Я пил неспеша, со сладкой внутренней дрожью ощущая вкус её слюнок на горлышке... Невидимый поцелуй, которого не было, но он - был. Намеренно оставил несколько глотков, которые и предложил:
— Допьёшь? - и чуть не кончил, когда увидел по её взгляду, по тому, как поднеся бутылку к губам она мгновение помедлила, зажмурилась и медленно, глубоко обхватила своими невероятными нежно-розовыми губами влажное горлышко, запрокидывая голову и открывая нежное горло, с ходившими по нему туда и обратно волнами глотков - я точно увидел, что для неё этот поцелуй тоже - был! Хотя почему - чуть не кончил... Скорее всего, я впервые за, наверное, годы, испытал самый настоящий сухой оргазм, яркий, короткий и острый. Который после вспышки наслаждения, скорее, даже, больше эстетического, оставил после себя то, что и обычно - ощущение недоделанности и ломоту в яйцах. Слегка отрезвлённый этим внезапным дискомфортом, я наконец, смог собраться:
— Тебе переодеться нужно? Я могу выйти. - но она только мотнула головой и начала аккуратно расстёгивать пуговки на джинсах. Я вновь оцепенел, и даже, кажется, перестал дышать в ожидании, и отмер только тогда, когда в треугольнике расстёгнутых джинсов мелькнула чернота лосин. Наверное, неугомонный ящериный мозг, под завязку заполненный желанием, ожидал увидеть там трусики. Потому что целый хор пещерных инстинктов внутри меня разочарованно вздохнул... Я же наоборот, удивился: в зале она была в других, тёмно-синих лосинах, в них она ходила с первого занятия. Значит, где-то переоделась. Значит - готовилась! И почему именно эти, чёрные? Неужели заметила, как я в прошлый раз таращился на её ножки? Да нет, скорее всего это желание быть чистой и свежей передо мной. Что-то я в своём распалённом мозгу уже приписываю ей то, что объясняется гораздо проще и банальнее...
Пока всё это, как скорый поезд проносилось у меня в голове, Валя тоже замешкалась, взявшись за отогнутые уголки джинсов, неуверенно помедлила и... повернулась ко мне спиной. "Всё же, стесняется" - мелькнуло и пропало, потому что она уже потянула джинсы вниз, открывая безупречные округлости, подчёркнутые тугой чёрной лайкрой. Да, я, конечно же, смотрел туда, где сантиметр за сантиметром аппетитная попка переходила во впадинки на внутренней стороне изящных пухлых ляжек. Но как бы я ни был сосредоточен на открывавшейся мне красоте, моё профессионально тренированное периферийное зрение всё же уловило, ухватило в зеркале краткий миг, когда из-под занавесивших лицо слегка растрёпанных, по традиции, волос, блеснул её острый взгляд. Да она же хотела знать, куда я смотрю! И наблюдала за мной в зеркало! Пока я переваривал это открытие, она уже присела на стул и возилась с ботинками. Что бы как то прийти в себя, я как можно спокойнее, посоветовал:
— Лучше кроссы надень, а то я не знаю, когда и как здесь моют...
Она молча переобулась, всё так же, не вставая со стула стянула
Как это бывает..