трамвай». А вот со вторым стихом возникли серьёзные проблемы. Ничего подобного, ни в каких сборниках обнаружить не удалось. Воспользоваться поисковыми системами также не представлялось возможным – на Маркистане на ближайшую сотню вёрст не было ни одной вышки сотовой связи.
А Катя между тем всё больше входила во вкус. Во время обеда она торжественно объявила, что решила провести показательную экзекуцию всех особей мужского пола, причем на свежем воздухе, прямо на площадке, где совсем недавно проходили праздничные новогодние мероприятия. Весёлые старты.
Теперь площадку было решено использовать как лобное место. По мнению Катерины раз точно неизвестно, в кого конкретно вселяется демон, чтобы осуществлять свои ночные безобразия, то нужно постараться выбить его сразу из всех подозреваемых. Ну, или же, не дать ему перескочить из сознания одного носителя в сознание другого.
Эта идея казалась настолько дикой и несуразной, что занервничала даже такая продвинутая в демонологии особа как Святоша. Она ходила туда-сюда по заснеженной площадке перед столовой, как раз там, где предполагалось массовое избиение младенцев мужеска пола, куталась в свой инквизиторский балахон, нервно потирала руки и хрустела пальцами. А на вопросительные взгляды растревоженных подруг, лишь пожимала плечами.
Между тем Катерина приступила к осуществлению своего адского замысла. Она вывела троих парней в совершенно голом виде на импровизированный плац, построила их в ряд, а всем без исключения барышням приказала построиться напротив, чтобы наблюдать экзекуцию в обязательном порядке.
Крамольная тишина в рядах воспитанниц явно свидетельствовала о быстром падении рейтинга старшей экзекуторши среди них.
Но Катерину уже несло. Она вышла перед строем барышень, помахивая длинным пастушьим кнутом, явно собираясь рвать и метать. Девушки невольно расступились, понимая, что от взмахов таким чудовищным орудием пытки, можно пострадать и на расстоянии пяти-шести метров. Никто до конца не верил, что мадам Катерина решится пустить в ход эту страшную штуковину.
Никто не верил, до первого удара. А когда кончик хлыста раскровенил спину стоявшего крайним слева Славика, все невольно ахнули. Парень от неожиданности выгнулся назад, и тут же рухнул на снег, не закричав даже, а завыв по-волчьи!
Барышни в ужасе отступили еще на шаг.
Катерина взмахнула второй раз, и на плечах Стремяги вспух и тут же стал сочиться кровавыми мелкими струйками точно такой же рубец, как у Славика. Сам Стремяга закрыл лицо руками и заревел, даже не пытаясь терпеть эту пытку молча. Но на ногах устоял каким-то чудом, хотя и присел на корточки секунду спустя.
Москвичу достался удар сверху вниз. И его спину «украсила» темно-бордовая жирная полоса, от левого плеча до правой ягодицы. Он постарался сдержать крик, но явно переоценил свои возможности и также рухнул на спину, зажимая себе рот ладонью.
— Встать! – рявкнула на парней Катерина, и щёлкнула для острастки кнутом над их головами.
Все трое поспешили выполнить приказ. И тут же хлыст заплясал над их спинами по самой непредсказуемой траектории. Стоять смирно уже никто из них не мог, да и не пытался. От нестерпимой боли ребята катались в снегу, окрашивая его своей кровью, орали как резаные и лишь пытались укрыть руками свои головы и лица. Пять минут – и всё было кончено. Трое корчились и выли сорванными глотками одно и то же: пожалуйста! пощадите! Простите! Не надо! Умоляем!
На Катерину смотреть было не менее жутко, чем на истерзанные тела пацанов. Она вся пылала от нечеловеческой ненависти и запредельного упоения собственной жестокостью. Однако поняв своим звериным чутьём, что на этом экзекуцию всё же придётся прекращать, она велела напоследок парням лечь рядом друг с другом спинами на снег, и прошлась по их животам и грудным клеткам, оставляя на
Путешествие без последствий ч.1