для оладий. Руки чуть дрожали, мука сыпалась на стол, но он думал: "После вчера ей надо что-то вкусное."
Валентина проснулась от запаха жареного теста, натянула халат и вышла на кухню, потирая глаза. "Лёш, ты чего там шумишь?" — спросила она с улыбкой, глядя, как он стоит у плиты, с мукой на щеке и растрёпанными тёмными волосами. Он обернулся, чуть смущённый: "Бабуль, оладьи тебе пеку. Садись, отдыхай, я сам." Она засмеялась тихо: "Ох, ты мой заботливый. После вчера мне точно отдых нужен." Лёша поставил перед ней тарелку с горячими оладьями, налил чай с мятой — знал, что она любит — и сел напротив, глядя на неё с лёгкой тревогой.
Они ели молча, но между ними было что-то новое — их ночь оставила след, и Лёша решился: "Бабуль, скажи честно, ничего не болит у тебя после вчера? Я всё думаю, вдруг тебе плохо было." Она отложила вилку, посмотрела на него тёплым взглядом: "Лёш, не переживай. Чуть тянуло утром, когда вставала, но не больно. Ты нежный был, как я просила, всё хорошо." Он выдохнул с облегчением: "Правда? Я боялся, что перестарался. Ты такая смелая, бабуль, я до сих пор в голове прокручиваю." Она улыбнулась: "Смелая, Лёш, потому что с тобой. Мне понравилось, не думай лишнего."
Лёша допил чай, глянул на часы и вскочил: "Ладно, бабуль, мне в школу пора. Сегодня до двух, вернусь — посуду помою, ты не трогай, отдыхай." Она кивнула: "Иди, Лёш, учись хорошо. А я пока подумаю, чем тебя вечером встретить." Он ухмыльнулся: "Ты и так удивляешь, бабуль. До вечера!" Он схватил рюкзак, чмокнул её в щёку и выбежал за дверь, оставив её с оладьями и тёплыми мыслями.
Валентина осталась одна, допивая чай, и чувствовала лёгкое эхо в теле — не боль, а память о том, как он был в ней. Она думала: "С ним я полная сил. Надо что-то придумать, раз он так старается." После завтрака она собралась на фитнес — занятия для 60+ стали её отдушиной. Там она заметила Нину — женщину чуть за 60, с короткими седыми волосами и живыми глазами, которая всегда шутила на растяжке. Они разговорились у тренажёров: "Валя, ты прямо цветёшь, что за секрет?" — подмигнула Нина. Валентина засмеялась: "Да никакого секрета, просто дома хорошо." Нина оказалась весёлой, одинокой вдовой, и после занятия предложила: "Может, зайдёшь ко мне как-нибудь на чай?" Валентина подумала и ответила: "Лучше ты ко мне, завтра вечерком. У меня уютно, Лёшка мой оладьи печёт — попробуешь."
Нина кивнула: "Договорились, Валя. Люблю, когда уютно." Валентина вернулась домой довольная — подруга добавляла ей радости, и она решила, что Лёше будет приятно её гостеприимство. Она уже представляла, как Нина удивится её энергии, и думала, как совместить это с их с Лёшей близостью.
День прошёл спокойно после того, как Лёша ушёл в школу, а Валентина готовилась к визиту Нины. Она прибрала в квартире — протёрла стол в зале, поставила чистые бокалы — и решила приготовить ужин: лёгкий салат с огурцами и помидорами, заправленный сметаной, и куриные ножки, запечённые с чесноком и травами. Запах еды наполнил кухню, и Валентина улыбнулась, чувствуя себя хозяйкой. Лёша вернулся около двух, бросил рюкзак у двери и крикнул: "Бабуль, я дома! Пахнет вкусно!" Она выглянула: "Лёш, Нина скоро придёт, с фитнеса. Поможешь мне вино налить, когда сядем."
Ближе к шести в дверь позвонили. Валентина открыла, и на пороге стояла Нина — с бутылкой красного вина в руках и широкой улыбкой. Лёша, помогавший на кухне, выглянул и замер,
Семейное дело-4.