скатившейся по его лицу. Комната наполнилась запахом его пота и протеинового порошка. Казалось, она пыталась что-то сказать.
В конце концов она прошептала резкое «хорошо» и направилась к двери. Мартин не спешил посторониться. Когда она ушла, он рухнул в кресло. Легкие казались иссохшими, бесполезными. По всему телу разлилось жжение. И почему-то у него была очень сильная эрекция.
Жизнь в одиночестве означала, что он мог дрочить как угодно.
Обычно Мартин выбирал стандартную позу — перед экраном компьютера, с одной рукой на мышке. Листая каталоги мягких фетишей. Как большинство людей его поколения, он не кончал без экрана почти всю сознательную жизнь. Поэтому даже для себя он стал неожиданностью, когда начал дрочить в душе.
Эрекция просто не проходила. Она не болела и почти не доставляла дискомфорта, разве что мешала в штанах. Она просто… была, с тех пор как он спонтанно побежал.
Мартин залез в крошечный душ сразу по возвращении. От него воняло, это было очевидно даже ему. Все потовые железы, бездействовавшие с тех пор, как он перестал ходить на физру, выплеснули кучу гадости. Он пах скотом, и всего после одной пробежки. Запах заполнил машину. А если он чувствовал это сам, то для окружающих он, должно быть, был ходячим хлевом.
В душе он начал представлять, как трахает Хейли сзади.
Мысли плавно перетекли от злости на работу к тому, как он нагибает ее и вгоняет член до самого конца. Он даже представил ее удивленное, довольное «о!». А затем просто приятную картинку, как он крушит ее стол, компьютер падает на пол, страницы бумаг разлетаются вокруг, пока она лепечет, насаживаясь на его член.
Член пульсировал. Он обхватил его рукой. Дрочить в душе было довольно приятно.
Анна попыталась все испортить, ворвавшись к ним, но он легко представил, как она опускается на колени, покорная, жаждущая. В его фантазии она просто ждала, пока он трахает секретаршу. Тело напряглось, яйца сжались… нет, они ДЕЙСТВИТЕЛЬНО сжались, и затем он кончил, внутри и снаружи.
Мартин открыл глаза. Уже все стекало в слив, но он заляпал стену душа большой порцией спермы. Он всегда стрелял так далеко? Обычно все попадало в салфетку. В голове оставался образ Хейли, стонущей от оргазма.
Он закончил, остро осознавая, как член болтается между ног. Ну что ж. Он только что трахнул коллегу в своем воображении. Хейли не была его типом — обычно он кончал на прото-готов с татуировками или хотя бы на девушек в очках. Хейли казалась той, кто проходила математику, считая на пальцах ног.
С другой стороны, в метафорическом смысле, она была чертовски хороша в постели.
На следующее утро он дрочил снова, уже в кровати. Мартин чувствовал себя хорошо — он осваивал новый навык. Умение кончать без порнографии было важным жизненным умением. Что, если мир рухнет и экраны погаснут навсегда? Человек, способный стимулировать себя вручную, станет королем.
Хейли была такой же мокрой и готовой во второй раз. Мартин кончил так же быстро, трахая ее фантомную киску с комфортом своей кровати. Она тоже кончила так же сильно. А он выстрелил длинной дугой спермы себе на грудь. Было здорово.
Затем он попытался встать.
Ноги дрожали при каждом шаге гораздо сильнее, чем следовало после спонтанной пробежки. Они ужасно болели, а аспирина не было. Вернее, не «не было» — он не мог позволить себе тайленол, а адвил был вообще не вариант. Натягивание штанов стало испытанием, особенно когда член снова встал наполовину.
Он замер, медленно входя в офис. Хейли. Да. Девушка, на которую он кончил в мыслях дважды. Видеть ее во плоти было странно.
Король Лев. Игры львят.