по комнате — на стуле валяется его футболка, рядом, на полу, порванные чулки.
Никита (тихо, но с вызовом):
— Отдай мои вещи.
Серёга (приподнимает бровь, усмехаясь):
— Какие вещи? Ты в них уже не нуждаешься.
Он указывает подбородком на ванную, откуда доносится звук капающей воды.
Серёга (насмешливо):
— Там твои "вещи" теперь. Вместе с моими.
Никита краснеет, но не сдается.
Никита (сквозь зубы):
— Ты… ты меня использовал.
Серёга громко смеется, поднимается с кровати и подходит к Никите. Тот невольно отступает на шаг, чувствуя запах своего же позора, смешанный с дешевым мылом.
Серёга (тихо, почти ласково):
— Использовал? Да ты сам ко мне на коленях полз, как сучка в течке.
Его рука тянется к Никитиной щеке, но тот резко отворачивается.
Никита (дрожащим голосом):
— Я был пьян.
Серёга (смеется, откидывая голову назад):
— Пьян? Ага, конечно. И твоя задница тоже была пьяна, когда сама на меня садилась? бляха... Да у тебя ж там конституция целая была — два пальца в рот, три в жопу, а ты всё равно на мой хер лез, как голодный кот на сметану!
Он резко хватает Никиту за подбородок, заставляя смотреть на разводы спермы, на зеркале ванной.
Серёга (шипяще, с перегаром в лицо):
— Видишь эти узоры? Это тебе не хуйню в универе рисовать. Это доказательная база, сучка.
Достаёт телефон, демонстративно листая галерею. Мелькают мутные кадры: Никита в чулках, его согнутая спина, запотевшее зеркало.
Серёга (игриво):
— Как там твою малютку зовут... Алина? Алёна? Хер знает. Зато она точно узнает, как её принц... (смачно чмокает) принимал гостей в грязной хате.
Никита бледнеет, но Серёга уже тычет пальцем в его грудь:
Серёга (с мнимой заботой):
— Ой, что, запечалился? Да ладно, может, ей понравится? (внезапно хрипло) Или... может, ты сам сбегаешь ко мне, пока она на парах?
Бросает телефон на кровать. В тишине громко щёлкает зажигалка.
Серёга (выпуская дым):
— Выбор за тобой, попенёк. Или ты добровольно возвращаешься... или твоя девчонка получит видео-привет с твоим фирменным концертным номером на моём хуе.
Тишину разрывает хриплый смех Серёги. Он внезапно хватает Никиту за волосы, резко запрокидывая его голову назад.
— Забыл прощальный сувенир, шлюха, — его губы, липкие от табака и спиртного, смачно причмокивают.
Серёга наступает ногой на порванный нейлон, прижимая его к полу.
— Эти твои кружевные тряпки... — он рвёт ткань резким движением, —. ..будут моим подарком на память. Его язык грубо лезет в рот, заставляя Никиту: подавиться смесью перегара и чужой слюны услышать мерзкий хлюпающий звук, когда тот специально пускает слюну, отрывается с громким чмоком, оставляя: Нити слюны, тянущиеся до подбородка, отпечаток зубов на нижней губе, пятно от грязных пальцев на щеке
— Теперь вали, — он швыряет в Никиту комок мокрых кружев. — Но знай... Серёга сплевывает ему под ноги — густо, смачно, прямо на порванные чулки.
—. ..каждый раз, когда будешь надевать эти тряпки, ты будешь вспоминать, как они на тебе разорвались.
Никита спускается по лестнице, шатаясь. Его пальцы нервно сжимают телефон. В подъезде пахнет сыростью и старым линолеумом. На третьем этаже он останавливается, прислонившись к стене, и набирает Алину.
Алина (поднимает трубку после пятого гудка, голос хриплый от сна):
— М-м-м... Никит? Ты где?
Никита (сдавленно, вытирая ладонью пот со лба):
— Я... в подъезде. Скоро буду.
Алина (сначала сонно, затем с нарастающим раздражением):
— Каком подъезде?! Ты же говорил, что с тем мужиком во дворе разбираться пошел. Это что, в нашем доме драка была ? или где ?
Никита машинально трогает рассечённую бровь. Пальцы находят следы крови, уже подсохшей.
Никита (тихо):
— Да... Всё нормально, потом расскажу.
Алина (сквозь зевок):
— Ну и ладно. Напиши как подъедешь.
Пауза. Никита сжимает телефон крепче. В голове всплывают обрывки воспоминаний: Серёгины руки, порванные чулки,
Принцесса с острова Лофофора