— Открой рот, — Серёга шлёпнул его по щеке, оставляя красный отпечаток.
Никитины губы сами разомкнулись – сначала чуть-чуть, потом шире, когда головка провела влажную полосу по его нижней губе.
— Глубже, — Серёга надавил на затылок, и Никитино горло само сомкнулось вокруг него, пищевод пульсируя в такт сердцебиению.
Когда Серёга наконец отпустил его, Никита рухнул на пол, рот остался открытым, из него тонкой нитью стекала слюна, смешанная с чужим запахом. Его собственное возбуждение теперь явно проступало сквозь порванные чулки.
— Нет... я не... — голос сорвался на хрип, но тело предательски подрагивало, выдавая его.
Серёга рассмеялся, грубо схватив его за подбородок.
— Да брось, — он провёл большим пальцем по Никитиной нижней губе, собирая слюну. — Я тебя с первого взгляда раскусил.
— Ты думал, я не заметил? — Серёга шлёпнул его по щеке той же рукой. — Как ты сопел, когда я тебя прижимал в углу?
Никита попытался приподняться, но его собственные ноги не слушались. дрожащие бёдра.
— Видишь? — Серёга плюнул прямо между Никитиных ног. Слюна блеснула на возбуждённой коже. — Даже твоё тело мне верит больше, чем ты.
— В зоне таких, как ты, — его голос прозвучал прямо в ухо, — с первого взгляда вычисляют.
Никита попытался вырваться, но Серёга легко прижал его сильнее, одной рукой заломив запястье за спину.
— Ой, — он насмешливо провёл свободной ладонью по Никитиному животу, чувствуя, как тот предательски втягивает его, — сопротивляешься? А это что?
Его пальцы скользнули ниже, нащупав явную физиологическую правду через тонкий нейлон.
Серёга развернул Никиту спиной лицом к зеркалу, его пальцы впились в трусы, окончательно стаскивая их до щиколоток.
— Ну что, принцесса, — он хрипло рассмеялся, проводя мокрым пальцем по внутренней стороне бедра, — покажешь, на что способен по-настоящему?
Никита попыталось сжаться, но Серёга грубо раздвинул его ягодицы, обнажая розовое колечко сфинктера, уже непроизвольно подрагивающее от страха и... чего-то еще. Сфинктер – рефлекторно сжимался, но уже начинал размягчаться под натиском пальца
— Ой, — Серёга насмешливо цокнул языком, — да ты уже готов.
Он плюнул прямо между ягодиц, слюна блеснула на напряженной коже, медленно стекая вниз. Первый палец – вошел легко, слишком легко, будто тело уже ждало. Второй палец – встретил слабое сопротивление, но Никита сам прогнулся назад.
— Видишь? — Серёга дышал ему в шею, наблюдая в зеркале, как лицо Никиты искажается между болью и чем-то еще. — Твое тело знает, чего хочет.
Никита закрыл глаза, но зеркало все равно показывало правду:
Серёга прижал ладонь к Никитиному животу, заставляя его выгнуться сильнее.
— Смотри, — прошипел он, указывая на отражение.
Член – напряженный, с набухшими венами, подрагивающий при каждом движении пальцев внутри, головка – темно-красная, влажная от выделяющейся преэякулятной жидкости яички – подтянутые вверх, плотно прижатые к телу
— Ты видишь это? — Серёга провел пальцем по уздечке, заставив Никиту вздрогнуть. — Твой друг уже сливает тебя без моего разрешения.
Сфинктер – ритмично сжимался вокруг пальцев, будто пытаясь удержать их внутри непроизвольно сокращались, вызывая пульсацию члена простата – набухшая, отзывалась волнами тепла при каждом нажатии
— О-о, — Серёга хрипло рассмеялся, — да ты сам себе навстречу двигаешься!
Никита пытался закрыть глаза, но зеркало не давало соврать: его бедра сами поднимались, глубже насаживаясь на пальцы
Его рот был приоткрыт — слюна стекала по подбородку
— Ну что, попенёк, — Серёга добавил третий палец, растягивая мышечное кольцо, — признай, ты хотел этого?
Никиту, пригнутого над раковиной Его пальцы, впившиеся в кромку мокрого фаянса
Капли пота на его спине, стекающие в расщелину между
На радость мужу.